.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Culture/Cinema/m.171780.html

статья Отступать есть куда

Борис Соколов , 06.12.2009
Борис Соколов
Борис Соколов

Первый документальный фильм Алексея Пивоварова о Великой Отечественной войне - "Ржев" - в свое время вызвал жаркую полемику и обвинения в "очернительстве", в том числе со стороны официальных структур. Очевидно, в своем втором фильме "Москва. Осень. 41-й" автор и его сотрудники учли критику, как эстетическую, так и политическую, взяв в главные консультанты вполне правоверного официозного историка Михаила Мягкова. И картина получилась по стилю более "парфеновская" - с вниманием к бытовым деталям, с попыткой погрузить зрителя в атмосферу военных лет и при этом с упором на положительные ценности прошлого.

На этот раз в центре фильма не боевые действия, а быт прифронтового города, каким стала Москва в октябре 41-го, после того как немецкие войска, окружив и уничтожив в районе Вязьмы и Брянска основные силы трех советских фронтов (более 1 миллиона человек), создали непосредственную угрозу столице. В фильме коротко говорится об этом тягчайшем поражении Красной Армии, называются цифры потерь, но нет ни слова о причинах этого разгрома. Приводятся также скупые фактические данные о бомбардировках Москвы: за пять месяцев 1941 года 1437 человек погибло, 422 здания разрушено. Жертвы и разрушения, конечно, немалые, но с людскими и материальными потерями при бомбардировках английских и немецких городов или Сталинграда в августе 1942-го не сравнить.

Создатели фильма сознательно отказались от анализа собственно Московской битвы и сосредоточили внимание на жизни простых москвичей. Если в "Ржеве" события показывались с двух сторон – в воспоминаниях советских и немецких ветеранов Ржевской битвы, в документах из немецких и российских архивов, - то в "Москве" есть взгляд с одной только стороны – глазами москвичей, переживших тревожную осень 41-го. Авторы фильма взяли воспоминания жителей одной коммунальной квартиры и воплотили их на экране с помощью актеров и компьютерной графики. Также актеры играют Сталина и других советских руководителей (при том, что собственно хроникально-документальный ряд в фильме бедноват). В отличие от "Ржева", актеры играют молча, не произнося крайне надуманных диалогов, и в этом отношении новый фильм безусловно выигрывает. Но отсутствие взгляда на события с немецкой стороны (интересно было бы, например, послушать пилотов люфтваффе, бомбивших Москву) позволяет говорить только ту правду, которая оказывается удобна авторам фильма, приноравливающимся к условиям современной телецензуры.

Немало внимания уделено деталям военного быта Москвы. Пивоваров демонстрирует, как заклеивали окна крест-накрест бумажными полосами, и проверяет, насколько эффективно это было при авианалетах. Показано, как сбрасывали зажигательные бомбы с московских крыш, как поднимали аэростаты, мешавшие немецким бомбардировщикам вести прицельное бомбометание, как маскировали Москву, создавая искусственные дома, улицы и мосты (ленинский мавзолей был замаскирован под дом с мезонином, а его обитатель благоразумно вывезен на Восток). Все это само по себе любопытно, но не создает ощущения трагичности происходящего. Приводится статистика потерь, например, упомянуто, что при бомбардировке Кремля погибло 46 солдат охраны, но не назван и не показан ни один погибший. Война в фильме Пивоварова представлена как дело интересное, но не страшное.

В фильме развенчиваются некоторые ходячие мифы - например, легенда о том, что в в один из октябрьских дней 41-го Сталин долго ходил по перрону Казанского вокзала, где под парами стоял приготовленный для него эшелон, но затем резко повернулся и направился обратно в Кремль. Подчеркивается, что никаких документальных доказательств этого эпизода или хотя бы свидетельств очевидцев не существует. Значит, Сталин не собирался покидать столицу даже в самый трагический момент, когда между передовыми немецкими танковыми соединениями и московскими окраинами практически не осталось советских войск. Что ж, диктатор вовремя осознал, что ему нельзя покидать Москву, чтобы не деморализовать ее защитников. Однако о том, что к столь тяжелому положению привели и конкретные ошибки Сталина в группировке и управлении войсками на Московском направлении, и общие коренные пороки Красной Армии, отражавшие особенности созданной Сталиным тоталитарной системы, в фильме не говорится ни слова. И получается, что Сталин – один из главных спасителей Москвы, "эффективный менеджер" военного времени.

Авторы фильма демонстрируют нам, что жесткие меры, принятые Сталиным, в том числе введение в Москве осадного положения, положили конец панике и грабежам, охватившим город после получения известий о катастрофе под Вязьмой, и таким образом помогли отстоять столицу. Но ничего не говорится о том, что при установленном Сталиным режиме действенными были только жестокие меры и достижение успеха всегда требовало многочисленных жертв.

В нынешнюю эпоху борьбы с "фальсификаторами", особенно в области истории Великой Отечественной войны, Пивоваров и его товарищи чутко ощутили границы дозволенного и постарались за них не выходить. Фильм получился вполне, благонамеренный, ладно скроенный, но, в отличие от "Ржева", не вызывающий у зрителей сильных душевных переживаний.

Борис Соколов , 06.12.2009

Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей