.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Culture/m.750.html

статья Ради красно-коричневого словца

Александр Гаврилов, 04.06.2002
Александр Проханов. Фото Дм. Борко/Грани.Ру
Александр Проханов. Фото Дм. Борко/Грани.Ру
Реклама

На банкира Когана было страшно смотреть. Он взмок и потерял лицо. Его решение уже было записано на бумаге и запечатано в конверт. Банкир Коган не хотел говорить то, что сам написал. Банкир Коган мямлил, собирался с духом. Потом сказал слово "Проханов" - и нарисовал большой черный крест.

В Питере, откуда, по новой российской моде, начинается любое шевеление, была вручена самая скандальная литературная премия десятилетия. Впрочем, то, что "Господин Гексоген" был назначен "Национальным бестселлером", это - как в анекдоте про покойного генсека и мертвого козлика - трагедия, но не беда.

Что случилось?

Шестерка финалистов "Нацбеста" этого года выглядела пестренько. Повесть Ольги Славниковой, обойденная всеми премиями года, мрачные рассказы Олега Павлова, две неведомые рукописи (Ирина Денежкина и Дмитрий Бортников), смешной либеральный памфлет Сергея Носова о выборных технологиях "Дайте мне обезьяну" и жутковатый левацкий памфлет Александра Проханова "Господин Гексоген".

На торжественном обеде в Питере члены малого жюри премии голосовали лично, объясняя свои решения у доски вроде школьной. Изысканно-благородный Юзефович похвалил всех (временами не без труда), но голос отдал носовской "Обезьяне" - "смешному роману, который не пытается заставить ненавидеть зло". Девушка невнятных достоинств Юлия Ауг поставила крестик роману Дмитрия Бортникова "Синдром Фрица". Выпущенный как раз к церемонии "Лимбус-прессом", этот милый, но очень первый роман бестселлером не стал бы никак: во-первых, это классический дебют "блинкомом", а во-вторых, уж больно гомофобская страна Российская Федерация. Владимир Бондаренко, заместитель Проханова по газете "Завтра" и выдающийся прохвост, голосовал корпоративно и предсказуемо. Кинокритик Михаил Трофименков, даже в штатных статьях для "Коммерсанта" всегда отличавшийся эстетическим левачеством, тоже голосовал за Проханова. Бондаренке простили как москвичу и заведомому уроду, а Трофименкову питерская интеллигенция в зале всерьез приготовилась бить лицо. Истеричные дамы захлопали дверьми, из публики засвистели.

А затем еще два члена жюри - Ирина Хакамада (через своего питерского представителя) и музыкант Сергей Шнуров (тот самый "Шнур", солист и лидер "Ленинграда") - понаставили галочек милым рассказикам Ирины Денежкиной, двадцатилетней дебютантки из Екатеринбурга, найденной в Интернете. Книжка "Дай мне (Song for lovers)" тоже только-только напечатана и читается очень свежо.

Два на два - старость против юности, ненависть против любви. Вот тут-то и пришлось сказать свое слово почетному председателю малого жюри, председателю наблюдательного совета Промстройбанка Владимиру Когану. И было ему нелегко.

Кто это?

Честно говоря, рассуждать о литературных достоинствах лауреата не хочется ни капельки. Это очень энергичная книга, вызывающая сильную тошноту запредельным жидоедством и - как ни странно - заставляющая нестерпимо скучать уже в середине.

О ней говорено много больше, чем стоило бы. Если предположить, что среди читателей найдется такой один, который про "Г.Г." ничего не слышал, то - простите, я еще раз, очень коротко. Итак: кровавые еврейские банкиры рвут Россию на части при попустительстве старого президента и покровительстве его похотливой дочери. Хитроумные генералы спецслужб лезут из кожи вон, но находят возможность внедриться в службы банкирской безопасности и, воспользовавшись Березовским (в романе - Зарецкий) и Гусинским (Астрос), провести к власти нового президента, торжественно именуемого Избранником. Для устрашения не понимающего своего счастья русского народа они же взрывают жилые дома в Печатниках. Зарецкого убивают, Астрос вешается в камере. Избранник президент. Генералов спецслужб тоже взрывают, чтобы не порочили имидж. Хэппи энд.

Этого добра издано и продано 60 тысяч экземпляров. Пусть я зануда - но лучшего инструмента дестабилизации общества, чем подобного рода литература, я не знаю. Пресловутое "прямое действие" - это просто поступки молодых читателей схожих книг.

Почему?

Зато интересно (ну хорошо, мне интересно) говорить о том, что спрятано за книгой и за решением.

В названии премии, впервые присужденной в прошлом году, много лукавства. Назначить в "бестселлеры" в общем-то невозможно. Книга либо продается лучше всех ("Марининой премию, Дарье Донцовой!" - глумятся недруги), либо не продается, как бы хороша она ни была с точки зрения жюри.

Устроители обещали, что приложат бешеные усилия для того, чтобы имя лауреата стало известно всем, а награжденная книга была издана (и продана!) тиражом хотя бы в 50 тысяч. Для реальных бестселлеров это средненько - крупные издательства сегодня позволяют себе стартовать с 200 тысяч. Но не-жанровая литература (не-детектив, не-фантастика и не-боевик, говоря подробнее) обычно мнется около 3-5 тысяч. Уже второй год подряд книга, которую выбирает малое жюри, достаточно заметна, чтобы достичь пяти десятков сама по себе. Прошлогодний Юзефович стараниями "Вагриуса" сделался известен и тираж в конце концов набрал. "Гексогена" уже сегодня напечатано больше.

Так что самый интересный аттракцион не состоялся: питерцы так и не смогли показать, умеют ли они делать литературные имена так, как Ad Marginem (издатель Проханова и Сорокина) или "Вагриус". Правда, в руки издательства "Лимбус-пресс", которое стоит за "Национальным бестселлером", попала самая многообещающая из финалисток - Ирина Денежкина. Так что - следите за рекламой. Если завтра от этого имени некуда будет деться, значит, машинка литературной раскрутки работает и на севере.

Александр Гаврилов, 04.06.2002

Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей