О блокировках  |  На основном сайте Граней: https://graniru.org/Events/Disaster/Kursk/m.4266.html

статья Физико-химический состав преступления

Владимир Ермолин, 26.07.2002

Следствие по факту гибели атомохода "Курск" закончено. Об этом в пятницу объявил на пресс-конференции генеральный прокурор Владимир Устинов. Двумя неделями раньше подвела свои итоги комиссия во главе с бывшим вице-премьером Ильей Клебановым, также расследовавшая причины катастрофы. Правда, комиссия с обнародованием выводов не спешила. Ждала Генпрокуратуру. Сегодня можно констатировать, что и следствие, и комиссия пришли к двум согласованным выводам. Первый: "Курск" погубила торпеда. Второй: виноватых в трагедии нет.

Владимир Устинов довольно подробно рассказал о том, как "в результате микротрещин в резервуаре окислителя практической торпеды 6576-А" возникли процессы, которые "носили сложный физико-химический характер". Процессы были настолько сложными, что предвидеть их, утверждает генпрокурор, не могли даже ученые и конструкторы, придумавшие и изготовившие эту торпеду. То есть форс-мажор, непреодолимая сила. Из чего вытекает, что от аналогичного "процесса" никто на будущее не застрахован.

Расписавшись в своем бессилии понять, из-за чего все-таки рванула торпеда, что послужило первопричиной взрыва, какое звено было первым в цепочке роковых случайностей (и случайностей ли?), спецы из комиссии Клебанова и военные прокуроры идут дальше. Картину катастрофы Устинов пишет широкими мазками. Вот непонятно почему рванула торпеда, вот хлынула в отсек вода, вот почти две минуты спустя взорвался остальной боезапас... Оставшиеся в живых перебираются в корму, но "из-за целого ряда объективных факторов, таких как быстрое ухудшение самочувствия людей, ослабленных под воздействием угарного газа, в условиях недостаточной освещенности отсека, подводники так и не смогли предпринять ни одной попытки выйти из "Курска" через спасательный люк девятого отсека". Такой вот уровень прокурорских выводов после полутора лет работы.

Отчего умирают подводники после взрыва и пожара и как оно бывает в аварийных отсеках ПЛ, ясно было и без выводов генпрокурора. Что привело к такой страшной развязке - этого в выводах генпрокурора нет.

Ну а коль неясно, с чего все началось (с конструкторской ошибки, с заводского брака, с халатности при транспортировке или хранении, с неграмотного решения конкретного специалиста?), то, естественно, и виноватых среди живых нет. Нет их среди начальников, отвечавших за подготовку лодки к выходу в море, за организацию учений, за состояние аварийно-спасательной службы на Северном флоте и на флоте в целом. "Ряд объективных факторов" - вот универсальный ключ, которым следствие отворило все потаенные двери этого дела и освободило от ответственности вполне конкретных высокопоставленных чиновников.

Слушая Устинова, задаешься вопросом: а чего, собственно, прокуратура все эти полтора года выискивала в деле о гибели К-141? Похоже, следователей интересовало только поведение экипажа. Кто где находился в момент взрыва, кто что сказал, кто что сделал... Наверное, это важно, когда восстанавливаешь обстоятельства гибели подводной лодки, где, как ни на каком другом корабле, один зависит от всех и все от одного. Но изначально было ясно, что катастрофа "Курска" обнажила серьезные проблемы в масштабе всего ВМФ. И не только ВМФ. И раз уж целая бригада профессиональных следователей Генпрокуратуры начала копать, то, наверное, не для того, чтобы уличить в неграмотности или халатности погибшего матроса или офицера. Конечно, априори исключать ошибки экипажа было бы неправильно. Но за полтора года Генпрокуратура даже не намекнула, что какие-то факторы, приведшие к катастрофе, могут находиться за пределами прочного корпуса субмарины. Сегодня общественность успокоили: "Курск" - сам по себе, государство - само по себе. Взаимосвязи между ними не обнаружилось. Все, что погубило корабль и экипаж, было сосредоточено исключительно в пределах самой субмарины. Вот он, самый главный вывод следствия и комиссии.

Собственно, получили то, что и ожидали. Можно питать надежды и дальше, теперь уже в связи с засекреченными подробностями, скрытыми в 113 томах уголовного дела и отчете комиссии Клебанова. Мол, вдали от общественной суеты специалисты все расставят по своим местам и дадут каждой сестре пор серьге. На уровне ведомственных приказов и инструкций, возможно, так и оно и будет (кое-что уже произошло). Но отсуствие "состава преступления" в действиях государственных мужей, отвечающих за Флот, конечно, наводит на самые печальные мысли.

Погибла новейшая подводная атомная лодка - супернадежная, по отзывам ее конструкторов и самих моряков. Погибли 118 человек. Спасательные службы оказались беспомощны перед глубиной чуть больше ста метров. И все, до чего за полтора года докопалось дотошное следствие во главе с генпрокурором страны вкупе с правительственной комиссией, выглядит так: "Катастрофа произошла 12 августа 2000 г. в 11 час. 28 мин., в Баренцевом море в географической точке с координатами 69 градусов 37 минут 00 секунд сев. широты и 37 градусов 34 минут 25 секунд вост. долготы, вследствие взрыва торпеды 65-76А внутри торпедного аппарата # 4 и дальнейшего развития взрывного процесса в боевых зарядных отделениях торпед, находившихся в первом отсеке подводного крейсера".

Мертвым - вечная память. Живым - земные радости. В конце концов сам президент, по словам Владимира Устинова, "оценил расследование как беспрецедентное по глубине и объективности". За такие дела и орденов не жалко.


Владимир Ермолин, 26.07.2002