.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Politics/Russia/FSB/m.30938.html

статья Человек имеет право

Илья Мильштейн, 30.04.2003
Коллаж Граней.Ру
Коллаж Граней.Ру
Реклама
.

Наталья Горбаневская, Анатолий Якобсон, Юлий Ким, Ирина Якир, Татьяна Великанова, Сергей Ковалев, Александр Даниэль, Юрий Шиханович... Славные эти имена навсегда вписаны в историю России, и не только потому, что Ким – замечательный бард, Якобсон – талантливейший литератор, Сергей Адамыч – правозащитник милостью Божьей. А дело в том, что в течение 15 лет они, сменяясь, редактировали "Хронику текущих событий" - самиздатский бюллетень, посвященный ситуации с правами человека в Советском Союзе.

Ровно 35 лет назад, 30 апреля 1968 года вышел первый номер. Тому был целый ряд исторических, внешне- и внутриполитических причин. Власть, совершив естественный выбор, взяла курс на зажим интеллигенции, ресталинизацию, политические судебные процессы. Сформировалось диссидентское движение – группы ненасильственного сопротивления коммунистической диктатуре, где самым популярным лозунгом были отчасти лукавые слова, обращенные к вождям и органам госбезопасности: "Соблюдайте свои законы!" Столь необычное и отчасти оскорбительное для властей требование было частью новой идеологии нашей интеллигенции – идеологии правозащитной. К тому же 1968 год был объявлен ООН Годом прав человека. "Посадки" продолжались, сопротивление нарастало – и пришла пора пополнить Самиздат новой книгой, не столь, быть может, увлекательной, как запрещенные солженицынские романы, но совершенно необходимой. Пришло время регистрировать нарушения прав человека в СССР.

Строгое название полностью соответствовало стилю. Никаких оценок и лишних эмоций – только факты. Никаких запальчивых фраз, только даты и имена – политзэков, их судей, адвокатов, следователей КГБ. Никакой лирики – только сухая правда приговора. И печально-назидательный эпиграф на обложке, из ооновской Декларации прав: "Человек имеет право".

Собирались в квартирах за плотно закрытыми шторами, курили до помрачения, спорили (информация должна быть предельно точной!), составляли тексты. "Эрика" на папиросной бумаге брала куда больше, чем четыре копии, и вести из лагерей, из ссылок, из спецпсихбольниц, из судов, из союзписательского гадюшника становились достоянием гласности. А потом, соблюдая все мыслимые меры предосторожности, "Хронику" передавали западным "корам", и заокеанские голоса читали их по-русски для ознакомления советскоязычной публики. И москвич, сидевший в Лефортове, и украинский националист, доходивший в Перми, и прибалт, и немец Поволжья, и еврей, собиравшийся в Израиль, а оказавшийся в ссылке за "сионизм", и крымский татарин – все они знали теперь, что их скорбные имена уже известны всему миру, и выстаивать было легче. Ибо человек отныне имел право не сгинуть в безвестности за свои убеждения, а громко выкрикнуть, как на перекличке, свое имя, срок и статью. И так, чтобы слышали не только вертухаи.

В ГБ довольно скоро поняли, какую опасность для государства представляют эти безоценочные скорбные тексты. С начала 70-х на "Хронику", ее корреспондентов и в особенности редакторов началась форменная охота. В 1974 году фактически официально, в кабинете следователя, прозвучали слова о новой тактике старой спецслужбы в отношении правозащитников – о системе заложничества. "За каждый новый номер будем брать", - сказал чекист в довольно высоком чине. И, подержав паузу, добавил: "И не обязательно тех, кто выпускает "Хронику".

Вышел новый номер – арестовали молодую женщину, не имевшую к самиздатскому бюллетеню никакого отношения. КГБ держал слово, демонстрируя немалый психологический опыт общения с интеллигенцией. "Хроника" продолжалась, пополнившись новым фактом гэбэшного шантажа – интеллигенция демонстрировала немалый психологический опыт общения с "конторой". Ширились аресты – разрастались номера бюллетеня, начинавшегося с малых книжечек и в последние годы превратившихся в объемистые тома "Повести временных лет" поганой эпохи застоя.

Рассказывают, что в конце 70-х на какой-то политбюрошной тусовке в Кремле встал Андропов и заявил, что с "Хроникой" можно покончить скоро: 30-40 арестов в больших городах – и всё. "Но стоит ли? - вопросил, посверкивая очками, добрый Юрий Владимирович. – Будет большой скандал на Западе". И кто-то с места возразил ему с большевистской прямотой и точным знанием дела: "Лучше один большой скандал - и конец, чем эти бесконечные скандалы!"

Партия сказала "фас" - Андропов взял социум за горло. Последний номер "Хроники" вышел в 1982 году. Это было, увы, исторически закономерно: начало 80-х – время разгрома правозащитного движения. Кто сел, кто уехал, кто покончил с собой, иных сломали. Человек не имел права знать, что творится в его стране. Впрочем, в Тамиздате уже подхватили идею информационного бюллетеня, и Кронид Любарский издавал в Мюнхене "Списки политзаключенных". Но будем объективными хроникерами: эту войну со своим обществом империя выиграла, хотя и не без труда. Перед тем как развалиться, Советский Союз для чего-то решил покончить с оппозицией - и покончил...

Урок "Хроники" прост: в самое гнусное и безнадежное время есть возможность осмысленного существования. Веди дневник. Собирай информацию. Распространяй ее в узком кругу, который только кажется узким, да ведь и вся наша планета не так уж велика... Пиши, читай и размышляй о прочитанном. Запоминай имена тех, кто принял за тебя муки - лагерь, психушку, тюрьму. Ведь ты человек, а человек имеет право знать, запоминать, помнить.

Колокол.Ру: Память, история, символы

Илья Мильштейн, 30.04.2003

Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей