О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Politics/Russia/activism/m.206539.html

статья Сезон, откройся!

19.09.2012

Дни после большого Марша традиционно посвящены рефлексии. Некоторое снижение численности акции дало повод для пессимистических прогнозов по поводу дальнейшей судьбы протестного движения. Но самые авторитетные комментаторы не видят поводов для уныния. Протест меняется - это процесс естественный, полезный и необходимый. Читайте мнения политиков, общественных активистов и экспертов.

Иван Давыдов. Фото с сайта www.mediaatlas.ru
Иван Давыдов, публицист
Я шел по бульварам в толпе, и пришел, и приду еще. А вот когда пришел, попытался понять - что теперь может вырасти из этого собрания людей, которых на самом деле все еще много, но которых теперь ничего уже не объединяет кроме неосознанной необходимости время от времени ходить нестройными рядами.

...Путь русскому человеку - природному богоискателю и борцу за справедливость - конечно, в секты, куда ж еще.

Вот выступает Быков, поэт, говорит, что три в России народа (растем: Шафаревич думал, что два). А, нет, все-таки два, два и есть, власть и два народа. Первый - мы, достойнейшие из достойнейших, и второй - тот, что еще не с нами. Мы, получается, прекрасные, а прочие - ничтожества (и слово "ничтожество" звучит с трибуны), но не без шанса сменить ориентацию. Влиться то есть в наши ряды.

Духовный элитизм и религиозный маркетинг - базовые условия существования любой секты.

Андрей Исаев. Фото Ленты.Ру
Андрей Исаев, замсекретаря президиума генсовета "Единой России"
Заявленное число - "Марш миллионов" - превратилось в насмешку. Это можно было назвать "Маршем миллиардов", "Маршем триллионов" и так далее и тому подобное. Это марш меньшинства, скажем так... Митинг гораздо менее многочисленный, чем июньский. Не говоря уже о том, что он гораздо менее многочисленный, чем то, что происходило в декабре прошлого года. Мы явно видим, что движение идет на спад.
Тина Канделаки. Фото с сайта ctc-kazan.ru
Тина Канделаки, телеведущая, продюсер
Ничего не происходит кроме унылых перепалок в «Твиттере», где одни бодро убеждают себя в сотнях тысяч на «Марше миллионов», а другие издеваются над слабовидящими людьми вместо того, чтобы предложить им очки.

...Господа, среди вас слишком много звезд и очень мало менеджеров. Сентябрь месяц, а у вас ни идеи, ни партии, ни интерфейса. Так и хочется сказать: «Ребята, вы даже Сапрыкина просрали». Позвоните ему. Он вам объяснит, что, будучи такими немодными и с таким интерфейсом, вы скоро даже пожилых интеллигентов во главе с Лариной и Шендеровичем не соберете. Вы хуже чем сегодняшняя власть. Вы еще более жадные, глупые и самовлюбленные.

Эдуард Лимонов
Эдуард Лимонов, писатель, общественный деятель
Я не радуюсь, но печалюсь, несмотря на то что все это снижение и начинающуюся апатию я предсказал. Формула все та же. Требования те же. Лозунги уже не догоняют настоящее, отдают нафталином прошлой зимы. Энный по счету дубль получился, как во время съемок старого ретро фильма. Актеры лишились энтузиазма. Численность - предмет гордости буржуазных вождей - неуклонно снизилась. В Питере уже достигли дна протеста, Вышли около 4 тысяч. Как у КПРФ на их юбилейных митингах по 1 мая и 7 ноября. В Москве еще не достигли дна, но идут по направлению.

http://limonov-eduard.livejournal.com/249863.html

Станислав Кучер, политический обозреватель
В начале нового политического сезона протестное движение оказывается в роли "ведомого". В отличие от декабря 2011 года в роли ведущего, режиссера и продюсера событий сегодня выступает власть.

...Когда лозунг "Россия без Путина" трижды звучит в эфире телеканала "Россия", это значит одно: власть не боится такой оппозиции и придумала, как ее использовать в своих интересах.

Леонид Радзиховский. Фото: Vashidengi.info
Леонид Радзиховский, публицист
...Хотя бы не заниматься показухой, очковтирательством, "казенно-оппозиционным оптимизмом". Хоть про себя-любимых НЕ ВРАТЬ – это-то можно? Может, из горького понимания собственного пшика у кого-то (хоть у одного, хоть у десятка) явится какая-то энергия РАЗУМНОГО действия, а не дурацких «окупайобаев»... Явится злость – не только на Кремль, но и на себя-дурака, который купился на эту очередную разводку и опять ни хрена не может.
Гарри Каспаров. Фото Граней.Ру
Гарри Каспаров, лидер ОГФ
Тем, кто сегодня с сочувствием или со злорадством глубокомысленно рассуждает о наметившемся спаде протестного движения, стоило бы обратить внимание на тенденцию или, как сейчас модно говорить, тренд в длинном и пока еще неравном поединке власти и оппозиции... Довольно забавно, кстати, сравнить два комментария все того же Радзиховского.

20 ноября 2011 года — "На "демократические" митинги собирается 300-500 чел".

15 сентября 2012 года — "Провал – и числом. Ну, пусть МВД врет, не "14 000", а стандартные 30 000. Это что-то меняет?"

Да, конечно, формально счет в поединке власть-оппозиция пока не изменился, но даже мало-мальски объективный анализ показывает, что эпоха тотального доминирования Кремля в политическом пространстве России закончилась.

Бессмысленно гадать, когда начнется новый резкий рост численности протестующих — через год, два или три, — но очевидно, что агония путинского режима завершится задолго до 2018 года.

Борис Немцов, сопредседатель РПР-ПАРНАС
Наша вера в чудо неистребима. Мы почему-то думаем, что три марша и девять многотысячных митингов достаточно, чтобы победить жуликов и воров, контролирующих сотни миллиардов долларов, спецслужбы, телевидение и армию. Всерьез поверить в то, что Дума вместе с ее хозяином Путиным после позорища с Гудковым уйдет в отставку, не может никто. Тем не менее неистребимое желание, чтобы все было быстро, легко и радостно, довлеет не только над теми, кто запасся попкорном, но и над вполне себе активными людьми. Сколько еще нам ходить? Почему так мало народу? Кто слил протест? Когда же все это закончится? Где революция? Все эти вопросы нескончаемым потоком мы слышим ежедневно и ежечасно.

...Итак, 15 сентября в марше приняли участие от 42 до 56 тысяч человек, что, с одной стороны, конечно же, много, а с другой, означает, что численность протеста не растет. И хотя нам удалось, во-первых, сохранить единство оппозиционных сил, а во-вторых, впервые в истории нашего протеста принять требования социально-экономического характера (замораживание тарифов ЖКХ, резкое увеличение расходов на образование, здравоохранение, науку, защита пенсионной системы и право на забастовку), тем не менее роста числа участников протеста не произошло.

Какой вывод? Одни говорят, что надо заканчивать с протестом, эта форма гражданского действия себя изжила. Другие говорят, надо размежеваться, так как объединенная оппозиция перспектив не имеет. Третьи предлагают сосредоточиться на региональных и местных выборах. А подавляющее большинство считает, что ничего изменить нельзя и сидят дома.

Я убежден, что для победы надо, во-первых, запастись терпением, волей и упрямством и, сжав зубы, продолжать работать, причем работать по всем направлениям.

...Власть в стране поменяется и пройдут честные выборы, когда нам удастся вывести на Марш Миллионов от 500 тысяч до миллиона человек. Тогда на проспекте Сахарова мы с удивлением обнаружим, что полиция с народом, что многие сторонники Путина и чиновники, включая высокопоставленных, просят слова на трибуне, чтобы изобличить преступный режим. А Путин остается один на один с кооперативом "Озеро" и своим верным другом Рамзаном Кадыровым.

Алексей Навальный, лидер Партии прогресса
Все немного тосковали по безумному драйву первых акций протеста 5-24 декабря, когда энергия просто физически ощущалась в воздухе...

Ответ на вопрос "сколько еще мы будем митинговать" очень прост: до победного конца. Столько, сколько понадобится. Участие в общих протестных акциях должно стать постоянным актом гражданской самоидентификации.

На работу хожу - поддерживаю свою семью.
В магазин хожу - покупаю мясо для борща.
В парикмахерскую хожу - хочу прилично выглядеть.
На митинги хожу - хочу нормального будущего для себя и своих детей.

...Ваш личный протест не сольет и не дискредитирует никто, кроме вас.
Время работает на нас. Информационная среда работает на нас. Изменения настроений в обществе тоже работают на нас.
Нужно только, чтоб мы сами на нас поработали активнее.

 	 Б. Акунин, писатель. Фото Граней.Ру
Григорий Чхартишвили (Борис Акунин), писатель
С одной стороны:
Новизны давно уже нет.
В то, что у Путина откроются уши и он начнет вести себя по-другому, никто больше не верит.
Митинговая стилистика себя изжила.

Но верно и то, что:
Людей пришло не меньше, чем на демонстрации до «закручивания гаек». Это значит, что аресты и обыски никого не испугали.
Начался новый политический сезон. Движение утратило эйфорию, но не ослабело.
Да, митинги надоели, но потребность протестовать все равно заставляет людей выходить. Оппозиционные демонстрации превратились из праздника в будни оппозиционной борьбы. Навальный прав, когда говорит, что на них нужно ходить, как на работу.

Сергей Лукашевский, директор Музея и Общественного центра имени Сахарова
Да, это был самый скучный и наименее драйвовый митинг. Но я увидел на нем ту самую "рутину отстаивания свободы", к которой сам же и призывал. Мне бросилось в глаза усиление кристаллизации вокруг конкретных политических групп. Не только традиционных - анархисты, ПАРНАС, - но и новых. Таких, как "научно-образовательная колонна". Если сопоставить это с параллельным процессом выборов в Координационный совет, то получается все верно. Протестное движение институционализируется, причем одновременно и партикулярно, и сохраняя объединяющую рамку. Вторая важная тема - защита и помощь политзаключенным. Она, конечно, реактивная, но она неизбежна и обязательна. Власти обладают несравненно большим ресурсом. А оппозиция не только находится в ситуации крайне ограниченного доступа к СМИ или выборам, но и должна преодолевать 20-летнюю привычку общества к апатии и атомизации. И второе более серьезный фактор, чем первое. Кажется, что власти полностью перехватили инициативу, но в действительно протестное движение "сосредотачивается".
Кирилл Рогов, независимый обозреватель
Что бросилось в глаза на шествии? Народу меньше, примерно 50-60% от обычного (чисто интуитивное ощущение). И сразу понятно, кого нет. Нет того задорного, буржуазного московского офисного планктона, который и создавал чудную атмосферу прошлых митингов... Соответственно, в сократившейся толпе выросла доля традиционно идеологизированных групп.

...Для хипстеров и веселых горожан поход за демократией и свободой - это некая практическая задача по приведению внешних условий жизни в соответствие с их внутренним мироощущением. И она, разумеется, ни в коем случае не предполагает отказа от привычного им modus vivendi. Это нонсенс.

Собственно, эти размышления постепенно совершенно изгнали из сердца моего осадок неудачи и разочарования, как бы общий тем, кто возвращался с субботнего митинга. Мне вдруг ясно представилось, что никакой протест никуда не делся и не стух. Что веселые горожане не растаяли в воздухе и не улетели на луну. Они просто не пришли.

И - также ясно стало, что они - все еще есть. И они придут еще.

Екатерина Деготь
Екатерина Деготь, искусствовед
На демонстрации ходит все меньше и меньше народу, они не имеют немедленного эффекта, официальные лидеры оппозиции демонстрантам все более противны, даже если они вроде бы сначала были им социально близки (это те же бывшие интеллигенты с гуманитарным образованием, потом ушедшие в журналистику, или масскульт, или иногда в бизнес, на этом слегка или сильно разбогатевшие и ставшие «успешными»). Граждане, что шли по правому и среднему рукаву бульвара, были не слишком-то полны энтузиазма, потом они неприкаянно слонялись по проспекту Сахарова, в основном отпуская защитные скептические шуточки.

Что я могла бы сказать этой аудитории? Что рядом с ней на тех же демонстрациях происходят совсем другие процессы, к которым она не решается или не желает присоединиться. Колонны социалистов и прочих левых полны совершенно другого духа, они демонстрируют неслыханный для либералов уровень организации, они высказывают, устно и письменно, очень конкретные социальные (а не абстрактно-гуманитарные) лозунги, скандируют речевки, раздают самиздатовские газеты и агитируют прохожих - я вижу, как на протяжении зимы и весны ряды левых выросли, например, за счет университетского люда, который уже почти в полном составе в этих рядах.

Григорий Голосов, директор Межрегиональной электоральной сети поддержки
Помнится, после декабрьских и февральских митингов интернет буквально распирало от благостных впечатлений: какие добрые, светлые, доброжелательные лица! Теперь уже не то... Для того чтобы просто сходить на митинг, особенного гнева не нужно, хотя и тут он может стать важным стимулом, эмоциональным дополнением к рутине. Но для того чтобы заниматься оппозиционной политикой систематически, гнев совершенно необходим. Отсюда впечатление, что люди на митинге стали злее, исчезает характерная для раннего этапа эмоциональная теплота. Так и должно быть.

...На сентябрьском митинге довольно отчетливо проявилась организационная и структурирующая роль партий и движений. Надо сказать, что она и раньше была довольно велика.

...Я думаю, никто не будет спорить с тем, что отсутствие у протестного движения социальных требований оборачивалось для него чистым проигрышем. Мы живем в стране с колоссальными социальными проблемами. Борьба за демократию ничего не стоит, если демократия не поспособствует их решению, позволив народу наконец-то самому выбрать подходящий способ. Игнорировать эти проблемы, стало быть, непозволительно. Надо было их обозначить. Это даже не уступка левым (хотя по некоторым вопросам уступить отнюдь не грех), а просто констатация факта.

...Одним из рудиментов раннего, преимущественно эмоционального, этапа движения за демократию является желание, чтобы митинги развлекали, постоянно подкидывали какие-то новые темы. Надо сказать, что это желание стало естественным продуктом длительной идеологической обработки, целью которой было представить политику отраслью шоу-бизнеса. Но должен разочаровать: настоящая политика – смертельно скучное дело, в ней не место веселой шутке, да и импровизации часто выходят крайне неудачными. Ты просто стоишь на своем и повторяешь (тупо повторяешь, сказали бы завсегдатаи интернета) одно и то же. Либо добиваешься своего, либо уходишь. Уходить не время.

Именно поэтому в политике не работает модель «жонглеры надоели? выпускай акробатов!». Нельзя всерьез относиться к рассуждениям на тему об одних и тех же, всем надоевших, лидерах. Путин им, видите ли, за 12 лет не надоел, а вот Навальный с Удальцовым за год надоели.

Владимир Надеин. Фото с сайта http://ej.ru/?a=author&id=45
Владимир Надеин, журналист
Свободное протестное движение исчисляется совершенно в иных единицах, нежели административная массовка из унылых дворников... Сколько москвичей протестовало против советского вторжения в Чехословакию в августе 1968-го? Семь человек. Сколько времени длилась их акция? Менее одной минуты. Но именно эти люди, ныне известные поименно, навсегда остались в истории. Суд истории удостоверил не только их смелость, но и проницательность. Они оказались победителями, а миллионы одураченных сограждан, которых сгоняли на тошнотворную поддержку партии и правительства, – жалким, промотавшимся большинством.

...Если подводить итоги последнего марша не по шулерским охранительным арифмометрам, то успех его бесспорен. Была на деле доказана живучесть протестного движения, его сохраненный энергетический потенциал. Все те четыре месяца, что Путин опять на троне, власти запугивали общество злобными законами, судебными расправами, телевизионными наветами, самыми наглядными уроками торжествующего беспредела... Но десятки тысяч граждан со спокойным достоинством показали, что они сильнее страха и выше угроз. И это верный признак того, что вскоре эти тысячи приумножатся.

Александр Рыклин, главный редактор "Ежедневного журнала"
Тут усталые и разочарованные граждане пишут, что, дескать, надоели одни и те же лица, одни и те же лозунги, одна и та же повестка... Я бы этим гражданам посоветовал больше бывать на свежем воздухе, не брезговать утренней зарядкой и забыть о жирной пище перед сном...
Или вот что, друзья, - сметите Путина! И лозунги сразу поменяютя, и повестка, да и лица, кстати, тоже... И хватит уже хныкать...
Олег Козырев
Олег Козырев, сценарист, журналист
Вспомним первые митинги - был момент, когда они пошли на спад... Стало меньше прозрачности в организации митингов, стали неясны цели, было шарахание то в демонстративное неповиновение полиции, то в митинги ни о чем. И организаторы пару раз провели митинги напрямую против воли людей, голосовавших за иные варианты.

Но 6 мая все вернулось. Организаторы справились с бывшим было раздраем. И люди поддержали единство, выйдя потом и 12 июня в большом количестве.

...Оппозиция начала давить власть по всем фронтам, вступая почти везде с ней в состязание, не давая расслабиться нигде.

Конечно, если бы 100 000 человек решили всерьез добиваться перемен и, например, не ушли с площади, пока власти не выпустят политзаключенных, - да, перемены настали бы раньше. Но, может, оно и правильно, что пока нет таких 100 000. Может, и правда лучше, чтобы в России наконец-то наступило время, когда не Москва сметает авторитарную власть, а ее отправляет в отставку весь народ страны.

Глеб Павловский. Фото Дмитрия Борко/Грани.Ру
Глеб Павловский, политтехнолог
Определились число и мощь того слоя, который ходит на шествия и будет ходить независимо от политических взглядов. Число вырастет в случае новых политических событий. К сожалению, данные события не являются такими... Есть внутренний лозунг каждого человека, который приходит, - «плюс один, добавьте меня». Он работает. Численность стабилизировалась, но она не исчезла. В феврале казалось, что к апрелю ее уже не будет. А теперь мы видим, что есть некий более активный слой в районе ста тысяч человек и вокруг него человек триста-четыреста [тысяч]. И он не исчезает. Но этот лозунг «плюс один» - не протест, это не согласие, это «без меня», обращенное к власти, и, конечно, это затянувшееся ожидание.

... Не будем забывать, что мы обсуждали совершенно уникальный московский феномен. В таком виде его нет нигде. Попытки перенести его в другой город ни к чему не привели.

Дмитрий Быков. Фото с сайта Википедия
Дмитрий Быков, журналист
Больше всего им (протестующим. - Ред.) нужно "свободу политзаключенным", "свободу Таисии Осиповой", "нет тарифам ЖКХ", "верните награбленное", "мы здесь власть", то есть второстепенные моменты уже никого особенно не занимают... Она (языковая игра. - Ред.) сменилась совершенно конкретным конструктивом... Конечно, эта акция принципиально новая, потому что она уже и не требует или, во всяком случае, не главным образом требует, выборов, пересчетов, каких-то действий, – нет. Просто это начало, это старт мощной выборной кампании. С одной стороны, кампании Чириковой. Чирикова выступала и пользовалась огромной поддержкой, просто до воплей. И кроме того, естественно, что это поддержка самой процедуры выборов, потому что именно Координационный совет, мне кажется, это будущее оппозиционного движения.
19.09.2012


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама


Выбор читателей