.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Politics/Russia/all-entries/

Россия

В блогах


:

На смерть Ирины Славиной

Vip Александр Скобов (в блоге Свободное место) 02.10.2020

59

Глубочайшие соболезнования родным и друзьям Ирины Славиной. Слова застревают в горле. И только кулаки сжимаются. Но что-то сказать все же надо. Надо себя заставить.

Путинский фашистский режим убивал людей десятками тысяч с самого своего рождения в 1999 году. Убивал ковровыми бомбардировками и ракетно-артиллерийскими обстрелами. Но это он делал за пределами России - в Чеченской Республике, в Украине, в Сирии.

Внутри России путинский фашистский режим тоже убивал неугодных. Кому-то - пуля киллера в подъезде, кому-то - яд. Кто-то не получил своевременную медицинскую помощь в тюрьме. Но все же внутри России путинский фашистский режим убивал штучно. Не тысячами. Его репрессии против несогласных были далеко не такими зверскими, как репрессии фашистских режимов прошлого.

По сравнению с репрессиями фашистских режимов прошлого репрессии путинского фашистского режима можно назвать детскими играми. За это путинский фашистский режим даже получил от некоторых политологов прозвище "гибридного".

Более низкий по сравнению с известными классическими образцами уровень жестокости внутренних репрессий путинского фашистского режима превращает эти репрессии в нечто рутинное, почти обыденное. Как бы терпимое. И вместе с тем в нечто рутинное, обыденное, как бы терпимое, как бы нормальное превращается полная невозможность доказать свою правоту и защититься от вопиющего беззакония и произвола.

Кто-нибудь задумывался, насколько унизительно существовать в этой обыденности, в этой искривленной "нормальности"? Какая это постоянная пытка для человека, обладающего обостренным чувством справедливости и собственного достоинства? Путинский фашистский режим убивает этой непрерывной пыткой систематического унижения человеческого достоинства и невозможности доказать, что это все-таки ненормально, что так не должно быть.

Усовершенствованный постмодернистский путинский фашизм-лайт так же, как и фашистские режимы прошлого, продолжает уничтожать человеческое в людях и продолжает уничтожать людей, сохранивших в себе человеческое.


О приговоре Юрию Дмитриеву

Vip Мемориал (в блоге Свободное место) 29.09.2020

25645

Сегодня Юрию Дмитриеву был вынесен жестокий, незаконный, неправовой, политически мотивированный приговор: 13 лет лишения свободы в колонии строгого режима.

Неангажированному наблюдателю очевидно: судебный процесс, проходивший два дня в Верховном суде Карелии, нельзя считать справедливым, хотя бы потому, что подсудимый по сути был лишен полноценной защиты. Суд безосновательно отказался отложить процесс до выздоровления адвоката, который защищал Дмитриева почти четыре года, и не принял во внимание отказ Дмитриева от адвоката по назначению.

Дело Дмитриева было сфабриковано по политическим мотивам. Причина - не только в его многолетней работе по увековечению памяти жертв советского террора. Сандармох стал памятным местом, Мемориалом международного значения. Сюда приезжали из бывших советских республик, Украины и стран Балтии, и из-за границ бывшего СССР, из Польши. Дни памяти вновь и вновь показывали: массовый террор был не "сбоем" советской системы, а ее основой. Тут ощущалась связь истории и современности: в 2015 году Юрий Дмитриев говорил здесь о войне на востоке Украины. Возможно, это и стало "спусковым крючком".

Дело было сфабриковано по "грязным" уголовным статьям, порочащим человека, но также обеспечивающим закрытость процесса, что, казалось бы, исключало широкую реакцию в СМИ и широкую кампанию солидарности. Тем не менее именно эта солидарность, в России и за ее пределами, привела к тому, что процесс получил широкую огласку.

Беспочвенность обвинений была очевидна с самого начала. Недаром в 2018 году Дмитриев был оправдан по этим "грязным" статьям, а в июле 2020 года суд приговорил его к трем годам шести месяцам, "меньше меньшего" - практически "до отбытого". Это означало одно: у обвинения нет никаких доказательств вины Дмитриева в изготовлении порнографии и насильственных действиях сексуального характера по отношению к несовершеннолетней приемной дочери.

Сегодняшний приговор - месть системы, которая наследует системе советской и хотела бы вновь предать забвению имена, возвращенные Юрием Дмитриевым, опорочив его самого и дело его жизни.

Мы вместе с нашим товарищем, Юрием Дмитриевым, с его защитой, со всеми, кто его поддерживал, будем бороться за отмену этого чудовищного приговора.

Свободу политическому заключенному Юрию Дмитриеву!

Правление Международного общества "Мемориал"


Трагедия "уфимской двадцатки"

Vip Вера Лаврешина (в блоге Свободное место) 22.09.2020

465

Вчера мы стали свидетелями чудовищного судебного решения по делу "уфимской двадцатки".

Окончательный приговор группе политзеков по поводу их якобы причастности к политической партии "Хизб ут-тахрир" шокировал всех, кто присутствовал на апелляции: суммарно - 329 лет лагерей на 21 человека. Таких сроков не дают в РФ даже маньякам за серийные убийства.

99737

Этот приговор, на мой взгляд, трагическое свидетельство полного отсутствия диалога общества с теми, кто называет себя властью. Мы наблюдаем демонстративное презрение, глумление над людьми. Многие скажут - заслуженное презрение, так как мы видим двадцатилетнее беспрепятственное пребывание на троне в Кремле одного и того же лица, за которое "вроде бы" голосовало большинство. Вот оно-то, это лицо, сделало всесилие ФСБ и всех его подразделений законом. И тем самым отменило закон окончательно.

21 сентября в Верховном "суде" РФ в Малом Харитоньевском смачно плюнули в физиономию всем, кто пытался помочь узникам: их родным, сочувствующим, немногочисленным журналистам, хоть как-то освещавшим эту тему - не просто непопулярную, а очевидно запретную. Все помнят, что статья 205.2 - это "оправдание терроризма", и боятся, видимо, под нее попасть. Плюнули в лицо адвокатам, которые добросовестно выполнили свою работу и доказали, что их подзащитные не совершали никаких преступлений, а просто посещали мечеть, вели разговоры о религии и вместе молились. По Конституции имеют полное на это право.

Мы видим, как с каждым годом все больше арестовывают и сажают именно мусульман, так как они якобы то и дело занимаются каким-то "экстремизмом и терроризмом". При этом никаких терактов нет, а вот "преступники" откуда-то все время берутся и арестовываются. Очевидно, что "раскрываемость" таких дел очень хорошая. Эфэсбешники и цэпээшники готовят великолепные отчеты по поимке и обезвреживанию "преступных групп", ничем не рискуя. Получают звездочки на погоны, поощрения, влияние, дальнейшее финансирование.

Но здесь все же возникает вопрос: а для чего дают так много лет случайно попавшим под их каток? Ответ один: ради хорошей карьеры, ради зарплат, а также ради глумления от полной безнаказанности. Наконец, для нагнетания страха в обществе. Люди все больше боятся сесть без причины, просто по доносу, как при Сталине. И опасаются оппонировать любому начальству. Обвинители - а это в первую очередь спецслужбы - осознают себя особой кастой, которой обеспечена вседозволенность. Что бы они ни вытворяли с людьми, как бы их ни пытали, ни уничтожали, ни терроризировали, выдавая это за правосудие и "борьбу с терроризмом", им в ответ ничего не прилетает. Ни от кремлевской правящей группировки, ни от (тем более) запуганного и обнищавшего населения, ни от "наших западных партнеров", которые только и могут, что выразить озабоченность и ввести не шибко болезненные санкции.

В данном конкретном случае приговоры на сроки 20, 22, 24 года - это по сути пожизненные, если не смертные приговоры для молодых (в большинстве своем) людей. Ведь так долго выживать в ужасных условиях путинского ГУЛАГа невозможно. Показательно, что имевшиеся доказательства - записи допросов, вещдоки и их описания, свидетельства, полученные на очных ставках, при прослушках и т.п., долго хранившиеся на дисках и других носителях, - странным образом куда-то запропастились. Получается, люди сидят по шесть лет в СИЗО просто так, даже без наличия собранных на них ранее, плохо сляпанных, но все же каких-то имевшихся в деле материалов. Теперь их нет. Есть только показания тайных свидетелей, о которых известно, что они заключенные, на которых следствие оказывает давление.

99735
Ринат Нурлыгаянов. Ему впаяли 24 года.

Адвокату Дмитрию Сотникову довелось изучить несколько книг из числа подброшенных силовиками на обысках фигурантам дела (это главный инструмент фабрикации дел - якобы найденные в их домах "запрещенные" книги). В них он не нашел ни строчки с призывами устроить в РФ халифат путем насильственного свержения власти. И вообще никаких призывов к насилию не нашел. Так где же они, доказательства вины? Это вопросы и к "экспертам", объявившим подброшенные мусльманам "двадцатки" книги "террористическими". Известно, что в уставе партии "Хизб ут-тахрир"- только ненасильственные методы распространения ислама, оружие брать в руки им запрещено. Причем формулировка о "создании халифата" имеет отношение исключительно к странам, исконно являющимся мусульманскими, к которым РФ не относится. Еще Дмитрий Сотников уточнил, что в партиях обычно фиксированное членство, существует уплата членских взносов, партийные билеты. Ничего из этих признаков причастности к каким-либо партиям у фигурантов найдено не было. Как не было найдено взрывчатки, оружия, патронов. А также каких-либо других улик, свидетельствующих о "террористической" деятельности.

Очевидно, что применять 205-ю статью за разговоры - это преследование за религию. Адвокат Каринна Москаленко, участвовавшая в процессе по видеосвязи из Страсбурга, отмечает, что в деле ее подзащитных нарушена не только 6-я статья Декларации об основополагающих правах человека (т.е. право на справедливый суд), но также целый ряд последующих статей. Адвокаты "уфимской двадцатки" расходились во мнениях только по одному вопросу: следует ли отправить это дело на пересмотр ради последующей отмены приговора либо надо было освободить узников прямо в зале "суда". Каринна Москаленко так и сказала: "Приговор "двадцатке" должен быть один: с вещами - на выход"!

Однако этого не произошло. Пока не произошло. Предстоит большая работа. Чтобы освободить "уфимских", "казанских", "стерлитамакских", "тольяттинских", "московских", "бахчисарайских" - всех невинно осужденных.

Мы считаем необходимым требовать отмены решения Верховного "суда" РФ от 2003 года о признании "Хизб ут-тахрир" террористической организацией. Каринна Москаленко говорит, что это решение не было нигде опубликовано как закон, то есть оно какое-то странное, но на него ссылаются все дела по "хизбам". Специально изобрели такое решение для удобных посадок. Мы проводим пикеты за его отмену. Это решило бы множество проблем.


Александр Баунов, главный редактор Carnegie.ru

Vip Дерьмометр (в блоге Дерьмометр) 15.08.2020

26

Один из главных пунктов российской внешней политики - невмешательство в дела других правительств: они могут делать все что угодно, пока не пытаются торговать антироссийской позицией. Москве важно показать, что с ней комфортнее, чем с Западом, который лезет в чужие дела и читает нотации.

Однако в случае с Лукашенко 2020 года проверенная схема дает сбой. Во-первых, на нынешних выборах сложилась непривычная для Москвы ситуация: дружественный диктатор пока что громче выставил на продажу антироссийскую позицию, чем его демократические оппоненты.

...У представителей российского большинства могут возникнуть сомнения. Если Путин сейчас поддержит любые зверства Лукашенко, значит, сам на них способен. Между тем российский президент пока не позволял себе аналогичных жестокостей даже по отношению к своим вечным врагам - либеральному меньшинству, не говоря уже о протесте представителей большинства в Екатеринбурге, Шиесе или Хабаровске, с которыми обходятся осторожнее.

Путин оказывается в положении того, кому приходится отвечать за буйные выходки и скверные манеры близкого родственника из провинции, от которого на самом деле хотелось бы откреститься, но удерживают родство, мысли о грядущем разделе имущества и нежелание ронять авторитет старших в глазах детей.

Ссылка


Вячеслав Володин, спикер Госдумы

Vip Дерьмометр (в блоге Дерьмометр) 14.07.2020

26

О новом законе, запрещающем "отчуждение территорий"

У нас российские политики, фамилии можно назвать, которые публично заявляли о необходимости расчленения России, - вот для них теперь, сразу они должны понимать, ответственность появляется - до 10 лет.

Для американских политиков, которые мечтали о нашей стране, тоже появляется ответственность. В случае приезда в нашу страну они могут быть арестованы. Да и можно требовать их экстрадиции сюда. Это конкретные действенные меры по защите нашего суверенитета.

Ссылка

Это особенно касается наших украинских коллег. Заявления в отношении Крыма, которые они будут делать, за собой повлекут наказание по законам Российской Федерации. Мы сможем потребовать их экстрадиции к нам в страну, будь это Украина, или Прибалтика, или Соединенные Штаты Америки. Сделали заявление в отношении России, в отношении части ее территории - все, подпадают под уголовную ответственность сразу после принятия этого закона. И мы имеем право требовать их экстрадиции. И сколько бы ни прошло времени, потом это им все аукнется.

Ссылка


Ответ Виктору Давыдову

Vip Александр Скобов (в блоге Свободное место) 10.07.2020

59

Конечно же, мне известно, что позиция, выраженная мною в статье "Операция "Свинарник"", абсолютно неприемлема для абсолютного большинства нашей "прогрессивной общественности". Я отношусь к этому с полным пониманием и даже не рассчитываю на понимание ответное.

У меня нет даже мысли пытаться склонить оппонентов на свою сторону. В их позиции есть своя правда. Она обязательно должна быть представлена. Я лишь хочу обратить внимание на некоторые ослабляющие эту позицию уязвимости, которые прекрасно видны, скажем так, общему врагу (надеюсь, что общему). И враг обязательно будет эти уязвимости использовать и уже использует.

Речь не о личной позиции Виктора Давыдова, который в значительной степени свел разговор к спору про "факты о терактах". Исторические факты всегда поддаются самым разным интерпретациям. Но это спор не про них. Речь о той части нашей общественности, гражданскую позицию которой, собственно говоря, и выразила Светлана Прокопьева.

У Светланы Прокопьевой была предшественница - журналистка Майя Кучерская. Десять лет назад она написала статью о страшном теракте, который нормальный человек не будет не то что одобрять, но даже и оправдывать. О двух террористках-смертницах, взорвавших себя в московском метро. Мысль статьи была предельно проста и абсолютно бесспорна: наше общество отказалось обращать внимание на безудержный, озверелый государственный террор на Кавказе, и это неотвратимо толкает жертв государственного террора на ответный террор.

Тогда власти ограничились запретом статьи как экстремистской и заставили газету "Ведомости" убрать ее со своего сайта. Но использовался все тот же закон против оправдания терроризма. Он был принят незадолго до того на фоне целой серии аналогичных ужасных терактов под дружные возгласы общественности: "Мы не будем больше рассматривать справедливость и обоснованность претензий террористов к нам, не позволим им больше давить на жалость и рассказывать нам о своих страданиях, хоть непосредственно, хоть через посредников-журналистов".

Сегодня общественность делает недоуменные глаза: "Мы же не оправдываем действия террористов. Мы просто хотим показать, что к террору людей толкает нечестная и антидемократическая политика властей. Вы хотите, чтобы стало совсем нельзя обсуждать причины терроризма?"

Да, именно для этого и принимался закон против оправдания терроризма. И в этом есть своя логика, следующая если не прямо из буквы закона, то из его духа. Буква закона часто и служит для того, чтобы замаскировать его не высказанный прямо дух. Если ты публично ставишь под сомнение абсолютную правоту государства, которому противостоит вооруженный противник, ты как минимум можешь вызвать сочувствие к этому противнику. Или даже симпатию. Его оправдание и одобрение. Желание встать на его сторону. Необязательно вызовешь, но можешь вызвать.

Вот эту возможность и стремились исключить законодатели. Это закон о запрете становиться на сторону жертвы государственного террора, о запрете ставить под сомнение правоту твоего государства в любом вооруженном конфликте. Его принимали не для того, чтобы нельзя было оправдывать зверства террористов. Его принимали для того, чтобы нельзя было осуждать зверства государства. Точно так же, как закон против реабилитации нацизма принимали не для того, чтобы нельзя было оправдывать Гитлера. Его принимали для того, чтобы нельзя было осуждать Сталина. Чтобы нельзя было говорить о преступности пакта Молотова - Риббентропа и ответственности СССР за развязывание Второй мировой войны.

Закон против оправдания терроризма принимался тогда, когда неправота государства била в глаза и еще достаточно широко обсуждалась в обществе. Режим тогда обошелся без уголовных дел, но цели своей в целом достиг. Тема российских зверств на Кавказе ушла далеко на периферию общественной повестки. Общественность правильно поняла сигнал. И смирилась. Подчинилась. И забыла об этом. Не заметила, что обществу был навязан закон военного времени: кто не с нами, тот против нас. Сомнение в нашей правоте - измена.

С тех пор Кремль развязал еще несколько масштабных, несправедливых террористических войн, в которых погибли десятки тысяч людей. Он ведет беспощадную войну против российского гражданского общества. Войну на уничтожение его прав и свобод, на уничтожение любых демократических механизмов. И вот сейчас он просто напомнил общественности, что действуют законы военного времени.

Что? Вы в равной мере осуждаете насилие с обеих сторон и в равной мере сочувствуете жертвам с обеих сторон? Так это и значит, что вы сочувствуете нашему вооруженному противнику. Или подталкиваете к такому сочувствию других, формируя его образ, вызывающий сочувствие. И поступать мы с вами будем как с врагами.

Действительно, идет война, виновник которой очевиден. Это путинское государство. Именно оно - "агрессор". И нет никаких оснований надеяться увещеваниями склонить его к поискам мира. Оно будет вести войну до полного подчинения ему противника. В этих условиях позиция равного осуждения насилия с обеих сторон не просто морально уязвима, ибо уравнивает палача и жертву. Это заведомо слабая позиция. В этой войне приходится выбирать чью-то сторону. Это не значит одобрять все, что делает та сторона, на которую ты становишься. Это не значит, что нельзя распространять сочувствие и на врага тоже. Но равного сочувствия обеим сторонам на войне быть не может. "Своим" сочувствуешь всегда больше. Главная слабость нашей общественности, на мой взгляд, состоит в том, что ей недостает внутреннего осознания: идет война, и государство в этой войне - враг.

Это ни в коей мере не защищает нашу общественность от государства. Провести четкую юридическую границу между обсуждением причин терроризма и сочувствием террористу действительно невозможно. Пытаться выиграть спор с нынешним государством на его "юридическом поле" - вообще дело безнадежное. Но гораздо хуже, что с такой слабой позицией общественность проигрывает государству в моральном споре.

Я не призываю общественность защищать терроризм. Это я могу взять на себя. Я лишь хочу обратить внимание на то, что если ты ставишь вопрос о том, право ли государство в своем противостоянии с террористом, ты в принципе допускаешь возможность ответа: прав террорист. И если ты настаиваешь на своем праве ставить вопросы о правоте государства, ты должен признавать и право отвечать, что прав террорист.

Не существует универсального способа относиться ко всем конкретным случаям ответного политического насилия. Невозможно одобрять взрывы в метро. Но невозможно не одобрять попытку полковника Штауфенберга без суда и следствия лишить жизни Гитлера. Если бы она удалась, война могла быть закончена на несколько месяцев раньше. Цена вопроса - несколько миллионов жизней. Хотя Гитлер тоже человек. Возможно, что даже не хуже генерала Шаманова.

В любом случае есть право на сопротивление тирании. На восстание против тирании. На ведение партизанской войны против оккупантов. На убийство палача и изувера. Есть также право на сочувствие и симпатию к тем, кто восстает против тирании. К тем, кто убивает тирана. Есть право на публичное выражение этого сочувствия и этой симпатии. Публичное выражение сочувствия и симпатии поднявшим оружие против тирании - это тоже способ сопротивления тирании. И это право следует отстаивать.


Юрий Дмитриев невиновен и должен быть освобожден

Vip Мемориал (в блоге Свободное место) 07.07.2020

25645

Подходит к концу второй судебный процесс над Юрием Дмитриевым, историком, руководителем карельского общества "Мемориал", нашим другом, коллегой, соратником.

Юрий Дмитриев вернул из небытия имена многих тысяч людей, жертв государственного политического террора в нашей стране. Более тридцати лет своей жизни он посвятил изучению истории ГУЛАГа в Карелии. Дмитриев внес огромный вклад в обнаружение массовых захоронений жертв сталинского террора в Сандармохе и Красном Бору. Теперь в этих местах ежегодно проводятся мемориальные церемонии, в которых участвует множество людей не только из России, но и из других стран.

Эта работа Дмитриева, получившая международное признание, и навлекла на него беду.

Сейчас, когда в нашей стране политические репрессии вновь становятся повседневностью, когда правда о прошлом не вписывается в государственническую концепцию истории, естественно враждебное отношение властей к деятельности по сохранению памяти о государственном политическом терроре в прошлом.

На этом фоне и возникло "дело Дмитриева".

Те, кто его инициировал, хотели не только остановить работу историка и общественного деятеля, но и опорочить его имя.

Мы заявляем: нет никаких сомнений в невиновности Юрия Дмитриева, нет сомнений в том, что обвинение сфальсифицировано.

Недаром первый судебный процесс над Дмитриевым закончился его оправданием. Но фальсификаторы не могли смириться с провалом. Вопреки очевидному, "не замечая" широчайшую кампанию протеста, развернувшуюся в России и во многих других странах, они хотят расправиться с неугодным человеком.

Если будет вынесен обвинительный приговор - это станет позором для нашей страны.

Мы требуем свободы для политического заключенного Юрия Дмитриева.

Правление Международного историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества "Мемориал"


Александр Беглов, губернатор Санкт-Петербурга

Vip Дерьмометр (в блоге Дерьмометр) 01.07.2020

26

О действиях полицейского, сломавшего руку журналисту "Медиазоны" Давиду Френкелю на избирательном участке

Очень, конечно, печально, что Давид получил травму. Насколько вы знаете, материалы переданы в Следственный комитет. Но я хотел бы отметить, что понятно, что многие устали, у каждого свой характер, у каждого свой эмоциональный настрой. Иногда бывает излишняя рьяность, одержимость, избыточный энтузиазм. Мы все люди, мы все живые, поэтому бывает.

Но знаете, есть случаи провокаций и против членов избирательных комиссий. К счастью, на пятимиллионный город таких случаев мало. Это не украшает город. Я уверен и надеюсь, что голосование пройдет нормально, спокойно, безопасно - это самое главное.

Ссылка


Владимир Познер, телеведущий

Vip Дерьмометр (в блоге Дерьмометр) 30.06.2020

26

Очень многие из тех людей, кто против поправок, говорят, что все это затеяно только для того, чтобы президент Путин мог продлить свой срок. Я с этим не согласен. Мне кажется, что если бы он хотел продлить свой срок, это можно было бы сделать гораздо менее сложно - легко, без больших усилий, без поправок к Конституции и так далее.

Ссылка




Реклама
Выбор читателей