.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Politics/Russia/m.115665.html

статья Разногласия в лагере оппозиции: мнения сторон

Анна Карпюк, 12.12.2006
Логотип Всероссийского гражданского конгресса
Логотип Всероссийского гражданского конгресса
Реклама
цитата Дословно

Михаил Касьянов

Власть является источником опасности, и эта опасность нарастает. Единственный выход - до декабря 2007 года объединиться в широкую право-левую демократическую коалицию. Весной нужно определить демократическую процедуру по выдвижению единого кандидата от широкой демократической оппозиции.

Выступление на Всероссийском гражданском конгрессе, 12.12.2006

На Всероссийском гражданском конгрессе разгорелся острый спор: Гарри Каспаров и Георгий Сатаров выступают за политизацию работы конгресса, партия "Яблоко" - против. Представители сторон высказали свое мнения корреспонденту Граней.Ру.

Сергей Митрохин, заместитель председателя партии "Яблоко":

Я считаю, что нам, большинству, удалось предотвратить политизацию, доведение ее до такого градуса, чтобы она расколола Гражданский конгресс. Нам удалось это сделать, и это большое достижение, что конгресс все-таки не был разрушен и он продолжит существование как площадка для взаимодействия самых разных субъектов гражданского общества.

Я считаю, что у конгресса хорошие перспективы. Это действительно уникальная площадка, здесь самые разные представители гражданского общества могут взаимодействовать, вести полемику друг с другом. Именно поэтому мы выступали против политизации конгресса. Поскольку как только конгресс политизируется в одну сторону (неважно, "Яблока" или "Другой России"), так сразу площадка сокращается, становится для кого-то неинтересной. Вот этого и нельзя допускать.

Сегодня "Яблоко" и меня лично много критиковали, и на самом деле я этому рад. Цель "Яблока" не состоит в том, чтобы натянуть Гражданский конгресс на себя. Но мы не хотим, чтобы это делали и другие политические силы, такие, как "Другая Россия", НДС, ОГФ. Сегодня нам удалось отстоять эту позицию, чем я доволен.

Ощущалось, как возрос градус напряженности, нервозности у определенных людей, которые как раз и стремятся политизировать Гражданский конгресс: выкрики и выбеги из президиума, конечно, это все не очень красиво выглядит. Однако Конгресс сохраняется как серьезная структура гражданского общества.

Георгий Сатаров, сопредседатель Гражданского конгресса:

У меня есть опасение, что Гражданский конгресс может расколоться на две неравные части. Все-таки мы видели, что подавляющее большинство придерживается довольно толерантной позиции. Радикально настроено очень незначительное меньшинство, которое не хочет ломать нашу давнюю российскую традицию неумения искать компромисс, неумения договариваться. Но их очень мало, поэтому я не считаю это большой проблемой.

Отличие нынешнего конгресса от предыдущих состоит, во-первых, в том, что второй конгресс превратился в некое политическое шоу, чем мы были очень недовольны. На этом конгрессе нам удалось этого избежать. Здесь присутствовали политики, и они получали слово, но в умеренных дозах и не как специальная приманка для прессы. Во-вторых, мы расширили политическое представительство.

Ирина Хакамада, член политсовета РНДС:

Я думаю, что политиков и правозащитников объединяет принцип, который в свое время провозгласил еще Вольтер: можно быть несогласным с тем, что говорит или пишет другой человек, но дело не в этом, самое главное – это до последней капли крови бороться за то, чтобы другой человек мог писать и говорить то, что он думает.

Здесь объединились те, кто реально борется за то, чтобы человек был свободен в выражении своих мыслей. Мы все время говорим, что демократия – это процедура, и все время говорим, что демократии у нас сейчас нет, что это авторитарный режим. Тогда объясните мне, почему в авторитарном режиме мы все время упираемся в процедуру? Когда вопрос стоит не о процедуре а об элементарной смелости! Трусы прячутся за процедуру.

ъ Может ли свободное гражданское общество в 2007 году объединить свои усилия и выразить себя легитимно, легально на выборах? Если отвлечься от процедуры, которая сегодня не существует, она убита, можно спокойно ответить на этот вопрос: "Да, может". Но только если те, кто говорит, что нет проблем с объединением, умерят свои амбиции и признают, что реально находятся в оппозиции, а не играют демократов, чтобы попасть во власть.

А те партии, которые, называя себя оппозицией, пойдут на выборы и будут участвовать в этой так называемой процедуре, - вот они понесут всю ответственность за то, что будет дальше с демократией, за легитимность этих выборов и за дискредитацию понятия "демократическая оппозиция". Они могут идти, но они ответят перед историей.

Если же эти партии решатся исполнить два своих обещания – не биться за лидерство и быть в реальной оппозиции, - тогда любая из них сможет стать объединяющей площадкой для участия в выборах. А там уж как получится. Главное здесь – честность и смелость.

Иван Стариков, член президиума РНДС:

Хочу напомнить, что год назад с нами на конгрессе были еще две демократические партии. Но в то время у них не было регистрации на участие в выборах. Весьмя симптоматично, уж извините меня.

Тут звучали призывы не заниматься политикой. Но власть занимается этим гораздо успешнее, чем мы. Поэтому давайте не будем составлять ей в этом конкуренцию. В стране отсутствует публичная политика, и мы это прекрасно знаем. Сегодня в России невозможно развивать гражданское общество, не занимаясь политикой.

Алла Гербер, президент фонда "Холокост":

Я много думала о политизации Гражданского конгресса. Сейчас это самый главный вопрос. Мы сейчас можем говорить, что мы граждане и только граждане, и мне это было бы ближе всего. Мы и есть те самые люди, которые хотят построить гражданское общество.

Сейчас речь идет о том, что надо докричаться до власти. Власть должна слышать нас, должна принимать те решения, которые мы ей предлагаем, должна быть подчинена гражданам.

Но сначала надо докричаться до общества, до молчаливого сонного большинства, которому плевать и на этот конгресс, и на эту гражданственность, и на те проблемы, которые мы обсуждаем. Население должно нас почувствовать, понять и пойти за нами. Не обязательно на демонстрации, пикеты или тусовки, оно должно понимать, что мы действительно выражаем его интересы. Вся структура конгресса должна быть направлена на общество, на регионы, на людей.

Я за объединение, за то, чтобы наконец-то кончились все эти выяснения отношений между партиями, группами, группировками и так далее. Но тем не менее я всегда была против того, что цель оправдывает средства. Мне лично очень трудно протянуть руку Анпилову, от которого я столько всего слышала, что забыть этого я не могу. Мне трудно быть с нацболами, потому что их лозунг - "Сталин, Берия, ГУЛАГ!" Но я не могу и просто сказать "пошли к черту", потому что я понимаю, какая сейчас ситуация в стране, и нужно искать пути, чтобы что-то сделать.

Гарри Каспаров, лидер ОГФ, сопредседатель Всероссийского гражданского конгресса:

Мы верим в свободный рынок идей. У меня нет никаких возможностей, которыми располагает кремлевская администрация, чтобы переманивать людей на свою сторону. Я могу только говорить. Я вышел на трибуну и обратился к людям. Это же могут сделать Григорий Явлинский, Никита Белых. Если они боятся того, что чьи-то речи, чьи-то идеи окажутся более привлекательными для членов их партий, то эти партии перестают быть демократическими.

Обратите внимание, что сегодня актив партий крайне недоволен той откровенно соглашательской политикой, которую эти партии проводят. Причем я добавил бы сюда и КПРФ, потому что алгоритм действий Зюганова и Явлинского по отношению к Кремлю по большому счету сейчас один и тот же. Просто у одного есть фракция в Госдуме, а у другого нет. Партийные активы понимают, что их партии их самих делают участниками политического балагана, где роли распределены заранее.

Владимир Рыжков, лидер Республиканской партии:

За минувший год власть одних участников этого конгресса "разрешила", а других "запретила", разделив их на легальных и нелегальных. Например, СПС и "Яблоко" зарегистрировала, а Республиканскую партию и НБП Лимонова - нет. Или, скажем, она разделила правозащитников на допущенных к власти и не допущенных. Например, Московская Хельсинкская группа подвергается преследованиям, а другие правозащитники могут быть обласканы властью.

То есть раскол прошел по линии отношений с властью. Одни как-то с ней договорились, а другие подвергаются преследованиям. Это создает проблемы, потому что одни говорят: "Мы хотим участвовать в выборах", - а другие говорят: "Что это за выборы, если мы не может принять в них участие". Одни говорят: "Не надо критиковать друг друга", - а другие: "Как не критиковать, если вы договорились с Кремлем". Из-за этого здесь есть некоторое напряжение внутри.

Я уверен: власть заинтересована в том, чтобы демократы были расколоты. Именно поэтому есть четыре партии зарегистрированные. Помимо СПС и "Яблока" это "Свободная Россия" и ДПР. Власть каждой из них намекает: "Я тебе помогу пройти в Госдуму". Стравливает их друг с другом, стравливает с гражданским обществом. В результате мы имеем прискорбный раскол на демократическом фланге, который существует уже 15 лет и искусственно поддерживается властью.

Анна Карпюк, 12.12.2006


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей