.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/Society/Law/m.43135.html

статья Еду как могу

Александр Подрабинек, 11.09.2003
Ахмед Закаев. Фото 'Новой газеты'
Ахмед Закаев. Фото 'Новой газеты'
Реклама
.

Наклейку с такой надписью любят помещать на заднее стекло машины недавно севшие за руль и неуверенные в себе автолюбители. Как могу, так и еду, какой с меня спрос, не приставайте ко мне! Примерно так же ведет себя и российская прокуратура на судебном процессе в Лондоне по делу об экстрадиции Ахмеда Закаева.

Действительно, ну что все так ополчились на насчастного заместителя генпрокурора Сергея Фридинского и совершенно затюканного замминистра юстиции Юрия Калинина, которые что ни день так садятся в лужу на лондонском процессе? Не клеится у них дело: аргументы обвинения какие-то корявые, доказательства не первой свежести, а тут еще свидетели говорят совсем не то, что обещали в Москве или Ханкале. То вдруг потерпевший, которому, по версии прокуратуры, Закаев отстрелил пальцы, оказался грозненским бомжом, потерявшим свои пальцы полжизни тому назад. То свидетель Душуев вдруг заявляет, что дал свои показания на военной базе в Ханкале под пытками, а теперь от них отрекается. Дело рассыпается, и доблестные работники "ока государева" искренне недоумевают: ну что еще этим английским крючкотворам надо, когда вина Закаева и так очевидна?

Эх, слушалось бы дело в Москве, давно бы уже Закаев жевал тюремную пайку в Дубровлаге или Восточной Сибири. Во-первых, процесс проводили бы при закрытых дверях, чтобы в зал суда ни одна мышь, кроме ОРТ и РТР, не пролезла. Во-вторых, подумайте сами, решился бы разве кто-нибудь от своих показаний отказаться, да еще заявлять, что дал их под принуждением? Потом: никаких перекрестных допросов, свидетелей защиты гнать к чертовой матери, выступления адвокатов – по минимуму и игнорировать как несущественные для дела. Приговор бы был готов за пару дней, без лишних прений и сомнений в пользу подсудимого.

Так всегда и делалось. Опера выбивают первичные показания, следователи добивают обвиняемого до нужной кондиции, а паче чаяния подсудимый на суде вякнет, что его на следствии мучили и вот даже следы остались, так судья, милая женщина, мать троих детей, снисходительно улыбнется и задумчиво ответит: "Все вы так говорите..."

Так всегда и судили. Так и сейчас судят. И ничего, лагеря полны преступников, одни освобождаются, другие приходят. Машина российской юстиции работает бесперебойно, как хорошо отлаженный механизм по перемолу человеческих судеб. И дальше все шло бы без сучка и задоринки, но случился сбой в Лондоне. Вдруг обнаружилось на весь мир, что уровень российской юстиции, мягко говоря, варварский. То, что работает в России, не работает в Англии. С удивлением обнаруживает российская прокуратура, что английский судья слушает защитника не меньше, чем обвинителя. Что обвинительные доказательства по делу - это не то, что сказал прокурор, а то, что доказывает вину подсудимого. Положительно, работать в английских условиях российскому прокурору ну просто невозможно. И не потому что он глуп или плохо образован, а потому что иначе не умеет. Как научили, так и работает. Еду как могу!

Началось это давно, после революции. Прежде, при самодержавном режиме, юстиция, надо полагать, тоже не была идеальной, но, например, считать признание обвиняемого царицей доказательством никому и в голову не приходило. И хотя мордобой по разным случаям, вероятно, случался, в предреволюционной русской истории не осталось свидетельств о пытках на следствии. И русская литература, рефлексивная и занятая поисками личной и общественной истины, таких свидетельств тоже не оставила. Нет ничего об истязаниях на следствии ни у Достоевского, ни у Толстого, ни у Короленко, ни у других писателей, писавших о тюрьмах или в них сидевших.

Строители светлого будущего стерли старую юстицию с лица земли и стали судить по-новому, руководствуясь классовой моралью и социалистическим правосознанием. Какие там доказательства, какие прения, какая презумпция невиновности! Признался – виновен, расстрелять. Не признался – злейший враг, тем более расстрелять. Вот и вся юстиция. Со временем добавились кодексы, судебное слушание, процессуальные правила, но суть осталась прежней – раз обвинили, значит виновен. На том стояла и стоит российская судебная система. Этому учили будущих юристов в университетах, а кто учился плохо и ставил право выше политики, тому наглядно показывали на первой же практике, что такое советское правосудие и как оно работает.

Что же вы хотите от сегодняшней российской прокуратуры? Она, может быть, и хотела бы сработать профессионально хоть в одном деле, да не может. И дело дутое, и нет ни опыта, ни умения. Одна лишь советская привычка к фальсификациям доказательств и голословным обвинениям. Один сплошной позор. Поэтому Ахмеду Закаеву, когда процесс подойдет к концу, стоит подумать – а не подарить ли г-ну Фридинскому маленький желтый треугольничек на липкой основе с искренней надписью "Еду как могу"?

ОХОТА НА ЗАКАЕВА - все подробности дела об экстрадиции

Александр Подрабинек, 11.09.2003


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей