О блокировках  |  На основном сайте Граней: https://graniru.org/War/Chechnya/m.1160.html

статья Дорога к сортиру

Илья Мильштейн, 17.07.2001
Фото AP

Фото AP

Федеральные войска одержали очередную победу над террористами. В Джейрахском районе Ингушетии подразделениями 58-й армии прицельным огнем с вертолетов произведена зачистка цели под зловещим названием "могильник". В результате наземной операции разрушен оплот боевиков Тхаба-Ерды. Во всяком случае, хаттабы туда долго теперь не сунутся: местность отравлена продуктами жизнедеятельности наших доблестных офицеров и солдат. И где-то там, в поле, дабы убедить маловерных, выложена надпись, след пребывания героев на вражеской земле: "Если не мы - то кто". Без вопросительного знака, ибо вопросов нет и не предвидится.

В самом деле, кто же еще? Кто, если не мы, догадался бы использовать храм Тхаба-Ерды, средневековый памятник христианской культуры, построенный чуть ли не по личному приказу царицы Тамар, под отхожее место? Кто стал бы упражняться в меткости стрельбы по могильнику? Примеров из новейшей истории раз-два и обчелся: мы да талибы, подогнавшие танки для пальбы по идеологически вредным скульптурам. В обоих случаях стреляли без промаха...

Впрочем, есть и разница.

Простодушные афганцы расстреливали в Афганистане уникальные статуи Будды не по своей охоте, но по воле пославшего их рехнувшегося талибского руководства. У нас все наоборот: нижние чины занимаются творческой самодеятельностью, расстреливая или избивая людей и памятники культуры. А начальство, особенно высшее руководство, давно уже мечется между стремлением победно закончить нескончаемую войну и выглядеть при этом по-человечески. Вслед за очередной зачисткой торжественно объявляется кампания по отмыванию образа федеральных войск в глазах местного населения. Вслед за мародерами приезжают следователи прокуратуры. А потом начинается межведомственная разборка: армейские обвиняют милицейских, директор ФСБ примирительно сообщает, что в той же Ассиновской буйствовали чеченцы в российской военной форме... Не слушая хитроумных чекистских подсказок, милицейский "медведь" Грызлов объявляет, что спецназ применял меры "жесткие, но необходимые". И негодует чекистский министр обороны Иванов: мол, чем успешее действует группировка, тем громче разговоры о выводе войск.

Иванов выговаривает потаенное. Нельзя вести войну и одновременно карать солдат за мародерство и варварство. Толстовский "Хаджи-Мурат", где упоминается загаженный русскими солдатиками храм, есть пример злостного литературного капитулянтства, клеветы, предательства. Так нельзя воевать. Или каленым железом с примесью фекалий выжигать всю местность - или выводить войска. Это понимает любой нищий взяточник на блок-посту, любой омоновец, любой старшина армейский. Это понимают и генералы вроде Молтенского, но у них другая роль: при полном отсутствии политического решения по Чечне приходится самим, на свой страх и риск, работать с измученным местным населением. И разрушать, и строить, и убивать, и выражать соболезнования, и отдавать приказы, и карать за исполнение.

Армии это уже надоело. Смертельный страх и смертельная злоба к врагу невидимому, ненавидимому выплескиваются на всю округу: на нехристей и христианские храмы. Если так дальше пойдет, возрождающаяся армия скоро накинется на командиров. Ибо всеобщее озверение - главный признак любой маленькой победоносной войны. Чем сильней одичание, тем ближе ускользающая победа.

Илья Мильштейн, 17.07.2001