.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/War/m.107597.html

статья От пораженья до победы

Борис Соколов, 21.06.2006
Встреча на Эльбе. Фото с сайта Lenta.ru
Встреча на Эльбе. Фото с сайта Lenta.ru
Реклама
.

В 65-ю годовщину начала Великой Отечественной войны многие даже из числа либерально настроенных историков и публицистов склоняются к мысли, что Сталин на Гитлера нападать не собирался, поскольку чувствовал, что Красная Армия слабее вермахта. В доказательство приводятся слова Молотова, сказанные в беседе с Феликсом Чуевым: "Мы знали, что мы слабее Германии, думали лишь о том, докуда придется отступать". Но это говорилось через много десятилетий после войны, когда Вячеславу Михайловичу легко было казаться мудрее, чем он был на самом деле. Из той же концепции - что Сталин и его соратники, дескать, боялись Гитлера - проистекает утверждение, будто пакт о ненападении с Германией был вызван сталинским страхом перед немецкой мощью и имел целью любой ценой оттянуть начало войны.

Представление о Сталине как о человеке малодушном и недалеком многим кажется меньшим злом по сравнению с образом расчетливого геополитика, хладнокровно достигающего своих целей, поскольку этот образ усиленно пропагандируется представителями национал-шовинистического лагеря. Между тем еще в начале 1941 года Сталин уверенно заявил Тимошенко и Жукову в ответ на их сообщение о переброске германских войск к советским границам: "Они нас боятся". Пакт же о ненападении с Германией Сталин заключил с единственной целью: спровоцировать войну Гитлера с западными союзниками. Потому и поделил с фюрером Польшу и Прибалтику, что не сомневался: после заключения договора тотчас последует германское нападение на Польшу, которое неизбежно вызовет мировую войну.

В появившихся в эти дни публикациях, посвященных началу войны, есть любопытные проговорки. Например, во вполне "правоверной" статье о судьбе советских дипломатов в Германии сообщается:
"О том, что вот-вот грянет война, сотрудники советского посольства в Берлине знали еще в марте 1941 года. Признаки были самые верные: во-первых, всем, кто возвращался из отпусков в Германию, не разрешали брать с собой жен и детей, и, во-вторых, тем, у кого жены и дети были в Берлине, велели как можно быстрее отправить их домой. А когда посол заявил, что тем, кто останется в Берлине без семьи, он вдвое увеличит зарплату, все стало яснее ясного… Директор школы объявил, что из Москвы пришел приказ закончить учебный год не позднее начала мая и детей немедленно отправить в Союз".

Автор как будто не сомневается, что Сталин не собирался нападать на Гитлера. Тем ценнее это признание. Ведь решение оставить семьи дипломатов в СССР могло быть принято только на уровне наркома иностранных дел Молотова. Получается, Вячеслав Михайлович, самый близкий Сталину человек в советском руководстве, уже в мае твердо знал, что война с Германией будет, причем не позднее лета 41-го, но этим своим знанием побоялся поделиться с Иосифом Виссарионовичем? Ну не смешно ли?

Главное же, никто из публицистов и историков до сих пор не дает внятного ответа на вопрос, почему Красная Армия и советское государство начисто проиграли в 41-м и принудили вермахт и Германию к безоговорочной капитуляции в 45-м. Чаще всего причины поражения видят - вслед за Сталиным - во внезапности германского нападения. Да, германского нападения Сталин не ожидал, но в том, что война начнется в 41-м, не сомневался, потому что сам собирался напасть на Германию. Готовившиеся к наступлению советские войска были застигнуты врасплох и понесли тяжелые потери.

Что ж, внезапность во Второй мировой войне вообще играла большую роль. Вспомним, как благодаря внезапности японцы одним ударом по Перл-Харбору вывели из строя весь американский линейный флот на Тихом океане. Однако уже через полгода американцы уничтожили ударные авианосцы японцев и больше уже не выпускали из рук инициативу в войне на этом театре военных действий. А Красной Армии, чтобы переломить неблагоприятную военную ситуацию потребовалось полтора года. Лишь в конце 1942 года, после поражения немцев под Сталинградом, стало ясно, что советская победа над Германией лишь вопрос времени.

Но окончательно сломить германское сопротивление, начать регулярно брать сотни тысяч пленных и стремительно продвигаться на Запад Красная Армия смогла лишь в июне-июле 1944 года, после высадки союзников в Нормандии, куда были брошены основные силы люфтваффе и наиболее боеспособные танковые соединения. Тогда стало ясно, что на два фронта Германия сражаться уже не в состоянии и ее крах дело ближайших месяцев.

Почему же так долго не могла справиться с врагом Красная Армия, имевшая подавляющий перевес и в людях, и в вооружении и боевой технике? Начну с того, что собственно внезапностью можно объяснить только самые первые успехи немцев. У нас любят приводить данные, что в первый же день войны на аэродромах было уничтожено 800 советских самолетов. Но за первые 27 дней войны немцы уничтожили почти 6300 советских самолетов (главным образом в воздушных боях и огнем зенитной артиллерии), потеряв только 1284 боевых машины. Внезапностью это не объяснишь. Получается, что после первого удара у Сталина осталось еще достаточно самолетов, чтобы нести такие большие потери. Всего же за войну, по моей оценке, общие безвозвратные потери советских ВВС на фронте составили около 75,2 тыс. боевых самолетов. Люфтваффе потеряли в 5,6 раза меньше боевых машин - около 13,5 тысячи. Сходное соотношение и по потерям танков. А по людям безвозвратные потери Красной Армии почти в 10 раз превосходят потери вермахта. И даже с учетом потерь германских союзников это соотношение не опускается ниже чем 8:1.

Такие данные как будто свидетельствуют, что полководческим мастерством Сталину и его маршалам хвалиться не приходится. Впрочем, генералиссимуса и не волновала цена, которую пришлось уплатить за победу. До самой смерти он даже приблизительно не знал подлинного числа погибших, запустив в 1946 году, в ответ на фултонское выступление Черчилля, абсолютно фантастическую цифру - 7 миллионов погибших красноармейцев и мирных граждан. На самом деле СССР потерял более 43 млн человек - это больше, чем потери всех других стран-участников Второй мировой войны, вместе взятых.

Плохо было с боевым мастерством у офицеров и генералов, равно как и у рядовых летчиков, танкистов или пехотинцев. Да и как могло быть иначе, если даже в 1943 году механики-водители советских танков перед первым боем имели опыт вождения в пять раз меньше, чем требовалось для уверенного управления боевой машиной. А сталинские соколы вплоть до лета 43-го могли барражировать над полем боя только на наиболее экономичных, а не на максимальных скоростях - сказывался недостаток как опыта, так и горючего. И откуда быть опыту, если наши летчики в начале войны, перед тем как идти в бой, имели налет 15-20 часов, а в конце войны - 40-50. Для сравнения - у немецких летчиков такой налет в начале войны составлял 450 часов, а в самом конце войны, когда уже ощущался большой дефицит летных кадров, - 150 часов.

Большинство красноармейцев гибли, прежде чем успевали приобрести достаточный боевой опыт.

Допустим, 22 июня 1941 года Сталин войны не ожидал и не успел подготовить необходимое число квалифицированных летчиков и танкистов. Но кто же мешал уже во время войны, готовить, скажем, меньше летчиков, но давать им больший налет часов? Ведь неопытные пилоты становились легкой добычей асов люфтваффе. Беда была в том, что советская система могла воевать только количеством, а не качеством. Хорошо подготовленный боец или генерал представлял для нее не меньшую опасность, чем настоящий враг на поле боя. Такой человек потенциально подрывал систему хотя бы тем, что возвышался над общей обезличенной советской жизнью массой и пугал власть. А в каждом талантливом генерале и маршале Сталин видел потенциального Бонапарта, способного свергнуть его в случае победоносной войны. Проще было заваливать врага трупами, чем научиться воевать.

Перечисленное вполне объясняет поражения Красной Армии в 1941-1942 годах, но не объясняет ее победы в 1943-45-м, пусть и купленные дорогой ценой. Попробуем разобраться в этом. Первые два самых очевидных фактора - территория и население. Обширность территории СССР не позволяла достичь жизненных центров страны на протяжении одной военной кампании, как это было например, в случае с Польшей или Францией. И это пространство было кому защищать: население Советского Союза в два с лишним раза превышало население Великогерманского Рейха.

Важно было, однако, чтобы эти люди стали защищать Сталина и советский строй. И тут Сталин достиг замечательных успехов. Несмотря на ужасы коллективизации и репрессий, а во многом и благодаря им, советские люди безропотно, а порой и с энтузиазмом шли в самоубийственные атаки, потому что не представляли себе иной жизни и надеялись, что в случае гибели хотя бы семьи получат помощь от государства. Да, в германской армии служило более миллиона советских коллаборационистов, но среди них относительно больше было жителей Прибалтики и западных областей Украины и Белоруссии, насильственно присоединенных к СССР совсем недавно, в 1939-1940 годах.

Сыграла свою роль и политика Гитлера, рассматривавшего пространство на Востоке лишь как объект германской колонизации. Если бы фюрер согласился на независимость Украины и сохранение небольшевистского Русского государства, то союзников у Германии было бы гораздо больше и их значение могло стать решающим. Но тогда бы Гитлер не был Гитлером. Тоталитарная же система, не допускавшая никакой оппозиции и предусматривающая всеобщий полицейский контроль над населением, позволяла советскому государству устоять в период самых тяжелых поражений и безостановочно бросать на фронт все новые необученные пополнения. Можно сказать, что мы победили благодаря сталинскому руководству и созданной Сталиным системе. Другая в тогдашних условиях просто не могла действовать. Но благодарить Сталина за столь ужасную по своим жертвам победу как-то не хочется.

Однако для войны требовались не только люди, но и бесперебойное производство вооружения, боевой техники и всего, что требовалось для функционирования армии и народного хозяйства. И здесь без помощи западных союзников, без ленд-лиза, было не обойтись. В Советском Союзе так и не удалось создать автаркическую экономику. По ленд-лизу поступила половина всего потребленного нашей страной в годы войны авиабензина, почти половина алюминия и меди, основная часть легирующих добавок, без которых невозможно было производство брони, основные транспортные средства и средства связи и многое другое. Кроме того, продовольственное снабжение действующей армии также во многом зависело от ленд-лиза.

Не следует недооценивать и роль западных союзников в боевых действиях. Они отвлекли на себя две трети германской авиации и почти весь флот, а в последний год войны - не менее трети германских сухопутных сил. Уже к концу 1943 года в Германии стал ощутим кризис людских ресурсов. В результате на фронт попадало хуже подготовленное пополнение, а боевой техники и вооружения для всех фронтов не хватало.

Без действия какого-либо одного из этих факторов Красная Армия не победила бы. Поэтому нельзя говорить, что мы победили вопреки Сталину и советской системе. Но нельзя также утверждать, будто мы могли бы победить и без помощи США и Великобритании. Нет, один на один, без поставок по ленд-лизу, без отвлечения сил германской авиации на западные театры боевых действий СССР вряд ли бы продержался дольше 1942 года. И уж во всяком случае не смог бы отвоевать свои оккупированные территории и Восточную Европу.

Но и западные державы без СССР не победили бы нацистскую Германию в те сроки и с теми незначительными (сравнительно с советскими) людскими потерями. И тогда наверняка первые атомные бомбы американцы сбросили бы не на Хиросиму и Нагасаки, а на Берлин, Нюрнберг и Мюнхен. Так что по-своему немцы должны быть благодарны Красной Армии за то, что она выстояла.

Борис Соколов, 21.06.2006

Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей