.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/War/m.99700.html

статья Кровавая пуповина

Николай Руденский, 16.12.2005
Николай Руденский. Фото Граней.Ру
Николай Руденский. Фото Граней.Ру
Реклама
цитата Дословно

Клаус фон Штауффенберг (1907-1944)

(Слова, сказанные брату перед покушением на Гитлера 20 июля 1944 года)

Кто найдет в себе мужество сделать это, войдет в историю как предатель, но если он откажется это сделать, то будет предателем перед своей совестью.

цитата Дословно

Петр Александров (1838-1893)

Характерные особенности нравственной стороны государственных преступлений не могут не обращать на себя внимания. Физиономия государственных преступлений нередко весьма изменчива. То, что вчера считалось государственным преступлением, сегодня или завтра становится высокочтимым подвигом гражданской доблести.

Судебная речь в защиту Веры Засулич

В одном из первых "выпусков" Граней.Ру, вышедшем в свет пять лет назад, мы поместили под рубрикой "Суд над прошлым" подборку материалов, посвященных судьбе Валерия Саблина. Напомним: 8 ноября 1975 года капитан 3 ранга Саблин, замполит большого противолодочного корабля Балтийского флота "Сторожевой", поднял на корабле политический мятеж. Он увлек за собой часть команды, арестовал командира и направил БПК из Риги в Ленинград, чтобы оттуда обратиться к народу с призывом к демократизации страны. Мятеж кончился неудачей: "Сторожевой" был атакован с воздуха и остановлен, раненый Саблин арестован, предан суду и приговорен к смерти. 3 августа 1976 года его расстреляли.

Вскоре после крушения советского режима, в 1994 году, дело Саблина было пересмотрено, однако реабилитирован он не был: Военная коллегия Верховного суда РФ ограничилась тем, что посмертно заменила ему "высшую меру" на десять лет лишения свободы.

Совсем недавно, в тридцатую годовщину восстания на "Сторожевом", вице-президент общественной организации "Генералы и адмиралы за гуманизм и демократию" Владимир Дудник со страниц "Известий" призвал полностью реабилитировать "капитана 3 ранга Валерия Михайловича Саблина - патриота Отечества и предтечу его перестройки".

Ему возразил политолог и публицист, бывший замминистра иностранных дел России Георгий Кунадзе. Похвалив Саблина как "хорошего человека, честного, искреннего и справедливого" и выразив сочувствие его "активной жизненной позиции", автор тем не менее резко высказался против оправдания мятежного замполита: "...желая своей Родине добра, Валерий Саблин совершил тяжкое преступление - поднял мятеж на военном корабле. Как иначе, скажите на милость, квалифицировать арест командира, захват корабля, отказ подчиняться приказам командования, предъявление политических требований руководству страны...?" По словам г-на Кунадзе, Саблин "вознамерился стать политиком, оставаясь профессиональным военным. Ни одно государство мира никогда не согласится с таким опасным совмещением двух объективно несовместимых профессий".

Последнее замечание публициста совершенно справедливо. Действительно, никакое государство не станет благодушно относиться к офицеру, вступающему с ним в политическое противоборство. Но разве всегда следует оценивать такое противоборство исключительно с точки зрения государства? Надеюсь, Георгий Фридрихович не станет спорить с тем, что в середине 1970-х годов советская власть представляла собой тоталитарную однопартийную диктатуру, которая безжалостно попирала права человека и стремилась подчинить своему влиянию едва ли не весь мир. Борьба с такой властью является не только правом, но и долгом гражданина, стоящим превыше требований военной службы.

"Когда длинный ряд злоупотреблений и насилий, неизменно подчиненных одной и той же цели, свидетельствует о коварном замысле вынудить народ смириться с неограниченным деспотизмом, свержение такого правительства... становится правом и обязанностью народа". Этот принцип был провозглашен еще в Декларации независимости США. Закреплен он и в современном международном праве: "...необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения" (об этом положении Всеобщей декларации прав человека уместно напомнил еще один участник дискуссии в "Известиях" - военнослужащий Олег Соболев).

Г-н Кунадзе считает, что Валерию Саблину следовало бороться за свои убеждения, уволившись с военной службы. "Этот путь привел бы его в ряды диссидентского движения, а со временем - в политику новой России. Он, однако, выбрал для себя иной путь. Путь преступления, за которое и понес наказание. Наказание, конечно, чрезмерно жестокое: советская власть, как известно, не отличалась особым гуманизмом. Но с этим, увы, уже ничего не поделать".

Да, казненного не воскресить - это авторское наблюдение тоже верно, чтобы не сказать сентенциозно. Однако в диссидентское движение люди приходили разными путями. Один из самых славных советских правозащитников - генерал Петр Григоренко - начал борьбу с коммунистическим режимом еще до того, как был уволен из армии. За это он поплатился многолетним заключением в психиатрической тюрьме, а затем - вынужденной эмиграцией. Неужели г-н Кунадзе посмертно упрекнет и этого человека за "опасное совмещение двух объективно несовместимых профессий"? Неужели, по мнению политолога, Григоренко, как и Саблин, "выбрал путь преступления, за которое и понес наказание"?

Другой крупнейший деятель отечественного демократического движения, Кронид Любарский, никогда не был военным. Но уже в постсоветское время он много занимался проблемой "суда над прошлым", с которой так тесно связан "случай Саблина". Вот что он писал вскоре после принятия российского закона о реабилитации жертв политических репрессий:

"В длинном перечне ("нереабилитируемых" по этому закону преступлений. - Н.Р.) есть и несомненные... Но есть и такие, о которых стоит задуматься: "террористический акт, диверсия... организация бандформирований и участие в совершении ими убийств, грабежей и других насильственных действий"... Так вот, позвольте прямо спросить: разве не является морально оправданной открытая борьба с тоталитарным государством, открытое сопротивление террору?.. Неужели, доведись нашему парламенту решать посмертную судьбу графа Штауффенберга (главного участника покушения на Гитлера 20 июля 1944 года. - Н.Р.), он и ему отказал бы в реабилитации? У нас своего Штауффенберга не было, но если бы и нашелся кто-то, осмелившийся подложить бомбу Сталину, то... он тоже не был бы реабилитирован...

Если строго следовать букве закона... никакой реабилитации не подлежат участники Тамбовского восстания, потопленного в крови Тухачевским... казаки, восставшие на Дону; прибалтийские "лесные братья" и, уж конечно, "бандеровцы", державшиеся на тайной народной поддержке до начала 50-х годов; участники народного сопротивления на Кавказе, и в первую очередь в Чечне; зеки, восставшие в лагерях и с оружием уходившие в тайгу, те самые, память о которых нам сохранили Шаламов и Солженицын; герои Кенгира и Воркуты... Забудьте о них. Все они совершали "насильственные действия", и нет им прощения во веки веков..."

"Как такое могло получиться?" - спрашивал Любарский. И отвечал: "Увы, объяснение очень простое. Наши законодатели (да и не одни законодатели), сколько бы они ни клялись в разрыве с тоталитарным государством, по-прежнему чувствуют себя плотью от плоти его. Пуповина не порвана до сих пор". В 1992 году, когда были опубликованы эти строки, можно было надеяться, что эта кровавая пуповина сохраняется лишь до поры до времени. К несчастью, за прошедшие годы она только укрепилась.

Николай Руденский, 16.12.2005


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей