О блокировках  |  На основном сайте Граней: https://graniru.org/opinion/milshtein/m.198209.html

статья Урочный час

Илья Мильштейн, 06.06.2012
Илья Мильштейн

Илья Мильштейн

Если не ошибаюсь, это началось с Милошевича. Речи о славянском братстве, грозный разворот примаковского самолета, отчаянный бросок на Приштину, гневные речи Ельцина: Клинтон, понимаешь, забыл, что у нас есть ядерное оружие!.. Однако Третьей, заключительной мировой войны не случилось, и бегущая строка на всех мировых телеканалах извещала о том, что товарищ Слобо экстрадирован в Гаагу.

А чуть позже появилась и размытая, нервная, дрожащая картинка - седой человек без лица медленно шел по пустому тюремному плацу, тесно сжатый с боков двумя конвоирами. Он входил под какую-то арку и - пропадал. Потом прошло еще лет пять, и в тех же новостях без прискорбия извещалось о том, что экс-президент бывшей Югославии умер в тюрьме.

Следующим был Саддам. До сих пор тайна, что он имел в виду, не допуская сотрудников МАГАТЭ на свои засекреченные объекты. Зато известно, что иракский вождь сильно интересовался вопросами геополитики и до последнего дня мечтал поссорить Америку с Европой, в чем отчасти даже преуспел. Однако истинно дружеские отношения связывали его с далекими российскими товарищами - с тем же Примаковым, Селезневым, Жириновским... Он точно знал, что Россия наложит вето на любую резолюцию Cовбеза ООН, позволяющую использовать силу против Ирака. И он не ошибался.

Тем не менее вскоре началась и кончилась война. И среди однообразных новостей из Ирака одна врезалась в память навеки. Это были кадры видеохроники, на которых неуловимый Саддам, извлеченный американским спецназом из какой-то норы, затравленно озирался вокруг, мутный от сна и усталости. Выдали его свои, польстившись на обещанную награду. Свои же потом и повесили.

Потом пришли за Каддафи. И снова повторился этот гибельный для обреченных сюжет. Злой европейский обвинитель, поддержанный Америкой, призывал автора "Зеленой книги" к сдержанности, чуть позже - к эмиграции и отставке, затем были задействованы санкции. А добрый защитник в Москве вступался за полковника, и резко, однозначно обозначался раскол в тандеме: Медведев против Каддафи, а Путин - за. И летели головы несчастных друзей ливийского народа: Чадаева, Затулина, посла Чамова. Но ведь Путин главнее, догадывался полковник...

А потом были бомбежки с воздуха и смерть в пустыне, потрясшая нашего национального лидера.

Теперь, как видно по всему, настал черед Асада. Однако неведомый сценарист неумолим, и стареющие актеры доигрывают свои роли, не меняя ни слова в заученных текстах. Опять Запад сперва уговаривает ближневосточного деспота не увлекаться массовыми убийствами, потом просит уйти на покой, и дело дошло уже до высылки послов. Опять Россия, поддержанная Китаем, изо всех сил поддерживает союзника, и сообщения о тысячах погибших в местной гражданской войне не могут заставить Кремль отказаться от традиционного миротворчества. С каждым днем умножающего количество жертв.

Среди них, оглядываясь назад, можно назвать и Милошевича, Саддама, Каддафи.

Дело в том, что перечисленные выше диктаторы, мертвые и пока живые (к Асаду можно добавить дожидающихся своего часа Ахмадинежада и Ким Чен Ына), вероятно, вели бы себя иначе, если бы испытывали в этом мире чувство полного одиночества. Если бы у них не возникало иллюзий, что кто-то из сильных мира сего готов за них вступиться. Если бы они не питали безумную надежду на то, что в случае чего Россия их поддержит. То ли поставками оружия накануне войны, то ли даже силой оружия, если война начнется.

Если бы этот мир не был расколот и переживающие величайшую геополитическую катастрофу не пытались бы защищать всех негодяев и изгоев, с которыми дружили еще до распада Союза, то судьба самих диктаторов могла бы сложиться по-другому. Загнанный в угол Милошевич умерил бы страсть к этническим чисткам. Загнанный в угол Саддам понемногу очеловечивался бы под присмотром международных инспекторов. Загнанный в угол Каддафи доживал бы свой век где-нибудь на Рублевке, дописывая и уточняя свою вечнозеленую философию.

И не то чтобы их очень жалко - умершего в камере, повешенного, растерзанного толпой. Жаль десятков тысяч их подданных, убитых в гражданских войнах, которые были остановлены слишком поздно. Жаль, что мир наш по-прежнему расколот и нет единых правил поведения для политиков, хотя они просты и для удобства запоминания давно уже записаны в международных соглашениях и приговорах международных судов. Впрочем, прогресс неостановим, и те, кто в расколотом мире ХХ века безнаказанно убивал своих граждан, ныне обречены на поражение и бесславную гибель.

Илья Мильштейн, 06.06.2012