О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/opinion/milshtein/m.213355.html

статья До убийства включительно

Илья Мильштейн, 05.04.2013
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

- Расскажите нам про Путина, Константин Львович.

- Выключите, пожалуйста, диктофон... Теперь включили, да? Когда пришел Путин, я как человек, певший в детстве "Шел отряд по бережку", сразу почувствовал – наши подошли. (Поет песню, с огромной внутренней силой.) "Мы сыны батрацкие. Мы за новый мир. Щорс идет под знаменем – красный командир!" (Плачет.) И я рад, что не ошибся. Этот человек как минимум остановил процесс развала страны по югославскому сценарию. Точно включен микрофон, да? Как минимум!

- А вы мемуары про Путина будете писать?

- Когда он помрет и за хорошие бабки. Вы это записываете, что ли? Выключите диктофон... Включили? Я не испытываю фрустрированности по поводу того, что чего-то не рассказываю. И не собираюсь рассказывать никогда и никому. Прокрутите мне этот фрагмент, пожалуйста, а то, я боюсь, не записалось... Все-таки давайте по новой. (С нажимом.) Я не испытываю фрустрированности по поводу того, что чего-то не рассказываю! И не собираюсь рассказывать никогда и никому! Про Путина. Может, еще раз записать?

- Не надо. Вы наверняка знаете, что информационная политика Первого канала вызывает у людей массу нареканий и вопросов. Скажите честно: каков процент правды в новостях, которые вы показываете?

- Хороший вопрос. Выключите диктофон... Вижу, что включили, ага. Вы плохо подготовились к нашей беседе, ребятки. Новости – это то, что я считаю новостями. На Западе то же самое, вы смотрите западное телевидение? Если бы смотрели, то наверняка заметили, что там свободы еще меньше, чем на Первом. Помните, как французы Ле Пена пинали? Даже советское телевидение самого заскорузлого черненковского периода выглядело бы детским садом по сравнению с тем, как там его долбали по всем каналам. Что-то, мне кажется, ваш диктофон отключился, нет?

- Диктофон работает, Константин Львович.

- (С отчаянием в голосе.) Нам с Мишей Леонтьевым было очень стыдно смотреть французское телевидение!

- Антиамериканская истерия на Первом канале – она зачем?

- А что Америка? Я очень люблю американское кино, американскую литературу, американскую живопись, американскую скульптуру. Жвачку, джинсы, баскетбол, индейцев, с детства. Другое дело, когда глубоко фрустрированная Кондолиза Райс сандалит очередную фигню...

- Можно я выключу диктофон?

- Нельзя. (С сердцем.) Гадина! Сука фрустрированная! Записали?

- Вы хотите сказать, что ни цензуры, ни звонков сверху на Первом канале вообще не существует?

- Нет цензуры. У нас цензура запрещена конституцией. Есть моя редакторская цензура. Она разрешена конституцией. Есть Миша Леонтьев, он такой немножко эмоциональный, но все говорит правильно. А есть Владимир Познер, он все говорит неправильно, но я ему позволяю. И есть Леня Парфенов, который не умеет делать новостные программы. Он их и не делает.

- А вот Каспарова и Лимонова на экран не пускают.

- Гениально, ребятки! Вы мне симпатичны, но вы, как подавляющее большинство российских журналистов, готовы отлично рассказывать про то, о чем ни хера не знаете. Чего это там мигает на вашем диктофоне? (Терпеливо, с глубоким вздохом.) Каспаров – великий шахматист. Придет ко мне на Первый канал играть в шахматы - я его покажу публике. Вместе с конями и цугцвангами. А в политике он совсем ничего не понимает, публика будет скучать. То же самое Лимонов. В литературной программе он абсолютно адекватен. Пусть приходит, стишки читает, прозаические отрывки. Но он почему-то не хочет. Вот они чувствуют себя политиками, но они не политики. А я показываю реальных политиков. Исаева, Яровую, Жириновского, Железняка. Путина, Медведева.

- Фрустрированности не испытываете?

- А? Не понял вопроса.

- Вы ведь стали руководителем Первого канала вскоре после смерти Влада Листьева, так?

- Спустя три месяца. Влад был моим близким другом.

- Вы знаете...

- (Перебивает.) Я знаю, кто убил Влада.

- Расскажите нам, кто убил Влада, Константин Львович.

- Я не убивал.

- А кто?

- Не скажу.

- Березовский?

- Какой на хер Березовский?

- А если мы выключим диктофон?

- А если выключите, то Лисовский.

- А если не выключим?

- Тогда будет опровержение.

- Выключили.

- Теперь включите.

- Включили.

- Хороший у вас диктофон. Хотите, еще что-нибудь спою?

Илья Мильштейн, 05.04.2013


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама


Выбор читателей