.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/opinion/milshtein/m.233556.html

статья Слово возбуждено

Илья Мильштейн, 01.10.2014
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Реклама

Дело о геноциде русскоязычных, заведенное в Следственном комитете, не вызвало особого отклика нигде - ни в России, ни в мире. Даже на Украине, где Генпрокуратура дала своим коллегам асимметричный ответ, больше смахивающий на пародию. Так уж устроен человек, что ко всему привыкает, включая пресс-релизы Владимира Маркина. То есть поначалу, конечно, выступления спикера СК РФ производили сильное впечатление и подвергались нещадному комментированию, но потом приелись. Этот волк в генеральской шкуре слишком долго кричал "мальчики!", так что уже и не страшно, и скучно.

Слово "геноцид" в его устах столь же бессмысленно, как и прочие слова. К юриспруденции все это не имеет ни малейшего отношения, равно как ссылки на международные законы и расстрельную статью в УК РФ. К слову, смертная казнь в России давно отменена, о чем Маркину следовало бы знать, но и тут дискутировать не о чем. И если завтра спикер в своем твиттере обнаружит желание кого-нибудь четвертовать, ссылаясь на свод законов, это тоже станет новостью на пару часов, не больше. Читателей отучили удивляться.

А между тем на сей раз к Маркину стоит прислушаться.

Во-первых, нечасто в прокурорских речах содержится неявная ссылка на труды философа, и здесь как раз такой случай. Помнится, в июле прославленный наш мыслитель Дугин писал про "эскалацию геноцида" в Славянске, по следам его выступления распинался на заданную тему Первый телеканал, в субботу на Поклонной горе в Москве прошел нашумевший митинг скорби, и вот официальный представитель СК подвел уголовную черту. Выяснилось, что "неустановленные лица из числа высшего политического и военного руководства Украины", которые "отдавали приказы, направленные на полное уничтожение именно русскоязычных граждан, проживающих на территории Донецкой и Луганской республик", подлежат судебному преследованию. Теперь осталось их поймать и расстрелять, а тот факт, что они не установлены, только на руку следствию. Осуждать можно, как в старые добрые времена, прямо по списку.

Эскалация геноцида завершена, что бы это ни значило.

Во-вторых, имелась в маркинском тексте и важная политическая составляющая. В понедельник, когда документ был опубликован на сайте СК, было еще неизвестно, какое решение примет Евросоюз по поводу антироссийских санкций. По-видимому, за день до заседания в Брюсселе неустановленные лица из числа высшего политического и военного руководства в Москве сочли, что пришло время слегка пошантажировать Европу. А как? Крым второй раз не отберешь, в Донбассе уже воевали, граждан Украины похищали и отправляли в СИЗО, но вот "геноцид" до сих пор оставался лишь фигурой речи. Владимиру Маркину поручено было насытить это слово юридическим содержанием, и он худо-бедно с задачей справился.

Однако угроза действия не возымела. Не исключено, что попытка шантажа произвела обратный эффект, так что постпреды стран ЕС не стали даже поднимать вопрос об отмене санкций. Но скорее всего в Брюсселе про Маркина в эти дни вспоминали лишь узкие специалисты, а проблему перезагрузки с Россией действительно, как сообщил позже анонимный источник в Евросоюзе, никто и не собирался обсуждать. Да и с чего, собственно? Перемирие - это не мир, а краткий опыт общения с Путиным в последние недели показывает, что язык санкций он понимает. Точнее, язык принуждения. Это его родной язык.

Впрочем, дело о геноциде заведено, и тут можно лишь гадать, как оно будет дальше развиваться. Нет, о Чечне, разумеется, ни слова, хотя по указанной Маркиным 357-й статье, не имеющей срока давности, можно было бы привлечь отдельных фигурантов. Речь о том, что "геноцидом" в Кремле принято оправдывать оккупационную войну, вспомним хоть про Южную Осетию. А это значит, что дело отныне заживет своей жизнью - и если в дискуссиях с западными партнерами Владимир Владимирович исчерпает все свои аргументы, то сможет достать из рукава вот этот, козырный. Если желание взять Киев за две недели, а то и за два дня станет у него непреодолимым, тогда вспомнят и про Маркина, и про Бастрыкина. С их пресс-релизами, навевавшими такую скуку.

Параллельно в мире идут два процесса. Каждодневные переговоры с Кремлем, проникнутые стремлением не доводить конфликт до катастрофы, и медленное осознание смертельной опасности, которую представляет для человечества путинская Россия. Это задачка с одним неизвестным - президентом РФ. Никто же не знает, что у него на уме, и сам он, загнавший себя в тупик, вряд ли ведает о том, что будет делать завтра и послезавтра. Это трудноразрешимая задачка.

Отпускать Украину или не отпускать. Идти на вынужденный компромисс или проявлять отчаянную крутость. Прислушиваться к голосу разума или к иным голосам, звучащим в его голове. Позавчера в их нестройном хоре прозвучало новое слово - "геноцид", слово страшное, в данном контексте нелепое, абсурдное, кощунственное но и соблазнительное. Слово, которое давно затрепалось и обессмыслилось от слишком частого употребления, но своего точного значения все-таки не утратило. И некоторым законникам и гарантам лучше бы его пореже произносить и использовать, чтобы окончательно не прилипло.

Илья Мильштейн, 01.10.2014


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама
Выбор читателей