О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/opinion/rudensky/m.221345.html

статья Старовойтова при Путине

Николай Руденский, 20.11.2013
Николай Руденский. Фото из архива Граней.
Николай Руденский. Фото из архива Граней.
Реклама

За те пятнадцать лет, что прошли после смерти Галины Старовойтовой, я часто пытался себе представить, что случилось бы с ней, останься она тогда в живых, как бы она думала и действовала в новой российской реальности. Короче говоря: что стало бы со Старовойтовой при Путине?

Может быть, такого не следовало бы говорить в этот день, но все же - не исключаю, что летом 1999 года, когда Ельцин назначил Путина на роль премьера-преемника, она могла бы отнестись к этому без возмущения и даже сочувственно. В конце концов, Путин был испытанным и доверенным сотрудником такого почтенного демократа, как Анатолий Собчак, а что до его кагэбэшного опыта, так ведь он вроде как служил в разведке, а не в тайной полиции. Вероятно, и сам Путин постарался бы произвести на нее благоприятное впечатление - и его профессиональные навыки могли бы ему помочь.

Однако совершенно невозможно допустить, что Старовойтова одобрила бы то, что привело Путина к власти, - вторую чеченскую войну. Она не была чужда политической гибкости, но никогда не изменяла своим основным убеждениям - а отстаивание прав народов и меньшинств было для нее важнейшим принципом. Невозможно вообразить, чтобы она, подобно Чубайсу, заговорила о том, что "в Чечне возрождается русская армия". И она не стала бы, подобно Гайдару, хранить молчание, не высказываясь ни за войну, ни против нее. Наверняка она резко осудила бы не только зверства второй чеченской, но и войну как таковую - и уже одно это сделало бы ее непримиримым противником Путина еще до того, как он стал президентом.

Понятно, как восприняла бы Галина Старовойтова дальнейшие дела Путина и его окружения. Как приверженец демократии и прав человека, она протестовала бы против подавления гражданских свобод, возрождения цензуры, уничтожения свободных выборов, действующего парламента и независимого суда, против всевластия спецслужб, жестоких политических репрессий. Как последовательный западник и сторонник интеграции России в мировое сообщество, она критиковала бы насаждение новой официозной идеологии, представляющей собой уродливое сочетание "православия, самодержавия и народности" с обелением и возвеличиванием кровавого коммунистического прошлого. Ей была бы отвратительна ксенофобия - как международная (раздувание антизападных настроений, в особенности антиамериканизма), так и внутренняя (разжигание ненависти к меньшинствам - этническим, религиозным, сексуальным). И никакие политические соображения не побудили бы ее потакать шовинистическим и расистским предрассудкам: нельзя себе представить, чтобы Старовойтова призвала своих сторонников поучаствовать в неонацистском сборище, объявив при этом, что сама туда не пойдет из опасения, что ее там сфотографируют.

А могла бы она что-то изменить? Если такой вопрос вообще имеет право на существование, то ответ на него скорее будет отрицательным. Сила Галины Старовойтовой была в публичной политике - а в путинской России публичная политика если и не отсутствует, то влачит жалкое существование. Она умела воодушевить людей на многотысячном митинге - но такие митинги разрешаются нечасто. У нее был большой опыт организации предвыборных кампаний - но в условиях контролируемых выборов от такого опыта мало толку. Она была великолепным парламентским оратором и мастером парламентской тактики - но вряд ли она попала бы в подобранную по кремлевскому ранжиру Думу. Мало кто мог соперничать с ней в телевизионной дискуссии по острому общественному вопросу - но на такую дискуссию никакой федеральный канал ее не позвал бы. Так что при путинском режиме Галина Старовойтова была бы скорее всего оттеснена на обочину политической жизни или вынуждена эмигрировать - если не говорить о более зловещих исходах.

Все это, конечно, звучит печально - но ведь и повод невеселый. И все же попробую закончить на оптимистической ноте. Мы с Галиной познакомились и подружились больше тридцати лет назад - в начале 80-х. Отношение к советской власти у нас было одинаковое, и мы часто и подолгу вели крамольные разговоры, пытаясь предугадать, "что же будет с родиной и с нами". Но ни ей, ни мне тогда и в голову не приходило, что всего через несколько лет все изменится до неузнаваемости. Тем не менее случилось именно так - и Галина Старовойтова сумела оставить свой след в истории. Говорят, что Россия - это страна с непредсказуемым прошлым. Будущее ее тоже бывает непредсказуемым. И это дает утешение и надежду.

Николай Руденский, 20.11.2013


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама


Выбор читателей