.
О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
На основном сайте Граней: https://graniru.org/people/3213/

Сервер Мустафаев

политзаключенный

34 года. Житель Бахчисарая, сооснователь и координатор "Крымской солидарности". До ареста работал управляющим в сетевых компаниях. Приговорен к 14 годам строгого режима с последующим ограничением свободы на год по делу "Хизб ут-тахрир".

22 сентября в отношении Венеры Мустафаевой, матери политзека, полиция возбудила два административных дела из-за одиночного пикета в подддержку сына, который она 15 сентября провела в Бахчисарае. Венеру Мустафаеву вызвали в ОМВД по Бахчисарайскому району, где на нее составили протоколы по части 1 статьи 20.6.1 (невыполнение правил поведения при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации) и по части 2 статьи 20.2 российского КоАП (организация или проведение публичной акции без подачи уведомления). По первой статье ей грозит штраф в размере от одной до 30 тысяч рублей, по второй - до 10 суток ареста, от 20 до 30 тысяч рублей штрафа или до 50 часов обязателных работ.

Во время пикета Мустафаева стояла с плакатом "Разговоры в мечети - не преступление! Верните мне сына".

Обвинительный приговор Мустафаеву и еще 6 фигурантам дела вынесла 16 сентября коллегия Южного окружного военного суда в Ростове-на-Дону (председательствующий Ризвана Зубаирова). Еще один обвиняемый, Эрнес Аметов, был полностью оправдан.

Мустафаева объявили виновным по части 2 статьи 205.5 УК России (участие в террористической организации) и по части 1 статьи 30 - статье 278 кодекса (приготовление к насильственному захвату власти).

10 сентября, как и остальные фигуранты дела, выступил с последним словом.

Мустафаев начал свою речь с того, что не знает, "чем могут быть объяснимы" и "чем могут быть оправданы" грубые нарушения, на которые пошел суд. "Особенно учитывая то, какие сроки нас ждут. Для кого-то это пожизненное заключение, учитывая некоторые условия. Восемь ходатайств так и остались без ответа, показания, которые мы хотели дать, так и остались без ответа, реплики, о которых мы просили, нам так и не дали", - отметил политзек. Он раскритиковал суд, в частности, за то, что прокурору на представление доказательств дали 10 месяцев, а защите - всего полтора месяца, при этом адвокатам не позволили заявлять необходимые ходатайства и оглашать доказательства.

Крымский татарин назвал себя политическим узником и отметил, что родился "в местах высылки крымскотатарского народа, куда его выслало то же самое государство". "Таким (политзаключенным. - Ред.) вижу не я себя. Такими нас видит весь мир в своих резолюциях. В этих же резолюциях Крым признан Украиной, а Россия - оккупантом", - подчеркнул Мустафаев.

Политзек сказал, что ранее не судим, если "не считать, что заочно осужден и огульно оклеветан весь мой народ". "Мы огульно были названы предателями. Для любого человека образ террориста примерно понятен. Но если говорить о себе, то я - магистр Киевского университета, женат, отец четверых малолетних детей, социально ответственный человек", - отметил Мустафаев.

"Почему сегодня на скамье подсудимых восемь из восьми фигурантов с высшим образованием? Трое инженеров, двое преподавателей, два филолога. Один из нас являлся официальным опекуном инвалида первой группы. Каждый из нас занимался общественной деятельностью. Мы живем по правилу: нет чужой боли, нет несправедливости, нет чужого страдания. Какой разум может связать с нами террор и насилие? Что с ним стало?"

Мустафаев заявил, что жалеет только об одном - что "где-то не смог своевременно и достаточно донести до общества картину крымских реалий". "Картину "возвращения в родную гавань" и жизни в иллюзорно российском Крыму. Я сожалею, что есть среди народа те, кто обманулись на материальные блага", - пояснил он.

На словах Мустафаева, что в Крыму "превратились в пыль нормы международных законов", судья перебил его и сказал: "Суду не интересно, что происходит в Украине".

"Многие считают, что если пойти против системы, она тебя в итоге сломает. Мы решили не ждать, а сжать свои кулаки с решимостью и стойкостью перед тираном, пусть и страшно. Я хочу обратить внимание тех, кто в этом зале, и тех, кто слышит или читает. Невозможно жить просто и тихо как ни в чем не бывало, оставаться глухим к несправедливости, думать, что это меня не касается, что это проблема отдельных людей, государств, что это вас не коснется... Это все утопия в ваших головах. Найдите в себе силы посмотреть правде в глаза", - обратился политзек к слушателям.

Мустафаев обвинил прокуратуру и ФСБ в том, что эти ведомства "на протяжении многих веков ненавидят крымских татар". "Как иначе объяснить слова прокурора Колпикова в наш адрес и в адрес нашего народа, что он продемонстрировал во время своей речи в прениях. Правда непременно прорывается. Как бы не нравилась наша нелояльность к Российской Федерации, мы никогда не станем вашими рабами", - сказал он.

Политзек подчеркнул, что из-за исламофобии мусульман преследуют не только в аннексированном Крыму, но и по всей России. "Обвинение в многочисленных томах все пыталось показать "правильный" и "неправильный" ислам. Это я называю исламофобией. Применение решения 2003 года (о запрете "Хизб ут-тахрир" в России. - Ред.) как преюдициального - это не борьба со злом, это исламофобия, подлый бизнес спецслужб", - сказал он.

"Человеческое достоинство превыше всех статусов, мнимых комфортов и реалий. Палец легко сломать, кулак - невозможно. Мы - часть из вас, а вы - часть из нас. Крымские татары - не предатели и не террористы. Необходимо освободить всех политзаключенных, в том числе и нас. Все эти годы нас и наши семьи ни на минуту не оставили те, кто солидарен. Ваши письма становятся для нас глотком чистого воздуха", - заключил активист.

Семеро обвиняемых по второму бахчисарайскому делу "ХуТ" - Мустафаев, Марлен (Сулейман) Асанов, Сейран Салиев, Мемет Белялов, Сервер Зекирьяев, Тимур Ибрагимов и Эрнес Аметов - активисты "Крымской солидарности". Еще одного фигуранта, Эдема Смаилова, жителя села Долинное (Топчикёй) Бахчисарайского района, активистом "Крымской солидарности" не называли; он известен тем, что возглавлял в селе исламскую общину и последние 15 лет проводил в Бахчисарае исламские обряды.

Суд над крымскими татарами продолжался с 14 ноября прошлого года, разбирательство заняло 72 заседания. Из них 10 месяцев выступал прокурор, и только полтора месяца - подсудимые и их 17 адвокатов. Судьи систематически нарушали права стороны защиты и подсудимых: отклоняли все ходатайства, вопреки УПК не разрешали их немедленно, необоснованно удаляли подсудимых из зала, допускали присутствие обвиняемых в плохом состоянии здоровья, задавали свидетелям обвинения наводящие вопросы, адвокату Лиле Гемеджи необоснованно сделали замечание и вынесли частное определение. Адвокаты заявили более 35 отводов Зубаирову и всему составу судей.

Три основных фигуранта - Асанов, Белялов и Ибрагимов, им инкриминирована часть 1 статьи 205.5 УК (организация деятельности террористической организации; от 15 до 20 лет или пожизненное заключение). Остальным обвиняемым вменена часть 2 той же статьи. Изначально часть 1 "террористической" статьи была инкриминирована только Асанову, но в марте 2019 года Ибрагимову и Белялову ужесточили обвинение. Также все восемь фигурантов обвиняются в приготовлении к насильственному захвату власти (часть 1 статьи 30 - статья 278 УК), это обвинение им предъявили месяцем раньше, в феврале. Тогда же против Салиева возбудили новое уголовное дело - о пропаганде терроризма в интернете (часть 2 статьи 205.2 УК), вменив публикацию нескольких видеороликов во "Вконтакте" в 2013-2015 годах.

Шестеро обвиняемых остаются в заключении с 11 октября 2017 года; Мустафаев и Смаилов - с 21 мая 2018-го. Никто из политзеков вину не признает.

23.09.2020


На Гранях.Ру

Реклама
Выбор читателей