О блокировках  |  На основном сайте Граней: https://graniru.org/people/9/all-quotes/

Дмитрий Быков

Цитаты


С тех пор, как Путин сказал, что «не надо преувеличивать», в городе (Крымске. - Ред.) в его адрес со стороны жителей звучат такие слова, которых я не слышал ни на какой Болотной... Все жители как один говорят, что из-за постоянного вранья сильно нарастает чувство тревоги - если бы власть не лгала, было бы спокойней.

Конечно, далеко не 150 погибших. Все здесь называют цифру до тысячи. И те из жителей, у кого родственники работают в МЧС, тоже говорят, что цифра погибших очень сильно занижена.

Из выступления на митинге

Мы во время этих обысков находим в себе граждан. Они во время этих обысков находят свой конец.

История в целом доказывает, что мы действительно увидели Путина 2.0, явно увидели перезагрузку. Явно это модель, в которой уже ни праву, ни здравому смыслу не оставлено ни малейшего шанса. И это, конечно, не столько вызов обществу (общества у нас, как видим, почти нет), сколько сигнал. Это лишний раз показывает, что будет с теми, кто рыпается, с теми, чья жена создает Фонд защиты невинно осужденных, с теми, кто участвует в митингах, с теми, кто участвует в протестной борьбе. Они будут осуждены, даже если их невиновность доказывается целым рядом документов. А все остальные, чья виновность очевидна, при условии лояльности будут чувствовать себя в полной безопасности.
Объясните скромному холопу,
Почему же, в толк я не возьму -
Если люди выбирают ж*пу,
Надо арестовывать п**ду?

Отчего, подобно Бармалею,
Бросили в застенок эту часть?
Видимо, чтоб не накрылась ею
Новоизбираемая власть.
Зачем вам этот быдлодром, публичный срам на всю планету? С Болотной мы, глядишь, уйдем, но ведь с Поклонной хода нету. И что за неизбывный стыд, что снова, как во время оно, страна родная состоит лишь из болота и поклона?
С этой властью не может быть диалога. Не может быть диалога с крокодилом. Он такой, это не его вина, он родился, как говорит Новелла Матвеева, «крокодильствующим элементом». И его надо отпустить в Нил, и пусть он там живет. Но в диалог вступать — это мертвое дело.
Между мужчиной и женщиной гораздо больше различий, чем между коммунистами и либералами. Однако мы кое-как договариваемся. И только благодаря этому продолжается род человеческий. Точно так же и здесь. Нам нужно научиться договариваться, терпеть, а, бог даст, даже и любить друг друга, считаться с убеждениями друг друга, заниматься серьезной, не раздутой политикой. Это не обещает быть легким.

Передо мной сейчас множество разных цветов: белый, оранжевый, желтый, черный, красный. Я не вижу здесь, слава богу, только серого – цвета путинской теневой России. Тень, знай свое место!

Нас ожидает нелегкое время. Когда мы собирались на эту площадь, многие говорили нам, что будет холодно. Сейчас говорят о том, что будет трудно. Возможно, нестабильно, возможно опасно. Это все равно, что стоять перед роженицей и умолять ее не рожать, когда начались схватки. Конечно, будет трудно: ребенок в школу пойдет, драться будет, двойки получать, глядишь, в армию призовут, потом женится, бабу приведет – море проблем. Но как говорит любимый режиссер нашего, надеюсь несостоявшегося лидера, «родить нельзя погодить».

Если гражданское общество есть в стране, назад его не загонишь. И мне кажется, что единственный лозунг текущего момента формулируется очень просто: «История поставила на нас и положила на них!»

Дело в том, что власть всегда имеет два варианта поведения. Первый – это как-то коррелировать с реальностью, как-то с ней соотноситься, второй – это закукливаться в этом своем кремлевском гетто и делать так, как они хотят. Они сейчас безусловно "цари горы", они достойно выступили, они наберут 50% и более, но другое дело, что эта гора уже обнесена высоким забором и к жизни страны уже не имеет никакого отношения. Соответственно, у нас будет опять лишенный связи с народом парламент, а народ будет все дальше и дальше уходить от власти и жить самостоятельно, презирая ее глубоко и не соотнося себя с ней.

...Будет нарастание изоляции властей, будет нарастание пропасти между властью и народом, и в конечном итоге мы получим две России: одна кремлевская, другая – вокруг.

Главное – проголосовать. Пойдите и покажите, что у вас голос еще есть. Ну чего, ребята, повеселимся – такой хэппенинг. Часто ли у нас такое бывает? Теперь очень долго не будет. Давайте покажем хоть что-то. У кого еще есть.
Лучше, кажется, воздержаться от анализа ситуации, к которой мы пришли, и уж подавно не говорить вслух о том, что сегодняшняя Россия в заложницах у Кавказа. Находятся люди, которые об этом говорят прямым текстом, ну и дай бог им здоровья и безопасности. Буданов был хороший солдат, которого использовали на плохой войне; солдат, которого вовремя не сменили, передержали на фронте, превратили в зверя двусмысленностью всей этой войны, когда никто не мог толком объяснить, за что воюем и на каком пределе должны останавливаться. Армия победила бы, если бы ей это позволили. Но нельзя было ни проиграть, ни победить – и в результате мы оказались с тем, с чем оказались: "ни мира, ни войны", Россия в заложницах у Чечни и умиляется темпам ее восстановления, а кому подконтрольна чеченская власть – не ответит, боюсь, и она сама.
Задача учителей сегодня, — а к этому сословию имею честь принадлежать и я, — сохранить универсальность образования, не дать подменить его идеологическим оболваниванием, не поставить школьника перед выбором между эстетикой и физикой, литературой и точным знанием. Ибо если бы разработчиков новых стандартов образования действительно волновали «Основы безопасной жизнедеятельности», они бы уж как-нибудь дотумкали, что при прочих равных условиях преимущество имеет умный.
Сегодня уже ясно: фашизм приходит туда, где истребляются культура и мысль, где власть обслуживает себя и крышует своих, где нет мысли и соответственно будущего. Ведь люди, которые вчера громили станцию метро "Охотный Ряд" и Манежную площадь, - это именно окраинная молодежь, у которой будущего нет. Нынешней власти они нужны только для одного: показывать их время от времени, выпуская на площади, прямо попустительствуя - и приговаривая: видели, видели? Смотрите, что будет, если не мы. Смотрите, от кого мы вас ограждаем. Вот она, реальная площадная политика. И так далее. Но теперь, слава богу, не 1907 год, и никакой гершензон уже не станет благословлять власть, "штыками своими охраняющую нас от народа". Все уже поняли, что эта власть их для нас и растит - вот этих самых, от кого якобы охраняет. И не важно, что в душе она надеется удержать их потом в узде. Опыт показывает, что удержать в узде такую силу не удавалось еще никому. Фашизм всегда начинается с попустительства тех, кто надеется им попользоваться, с тех, кто перенимает его язык и интонации, дружит с байкерами и поощряет наших славных мальчиков, любящих спорт. Кушают потом без разбора - и тех, кто сопротивлялся, и тех, кто попустительствовал, и тех, кто помалкивал.
Учебник Барсенкова и Вдовина действительно довольно комичен, и к нему и следовало бы отнестись как к такому комическому курьезу... Мне совершенно очевидно, что по тону, слогу, по научной методологии так называемой этот учебник вообще не может называться ничем кроме как отрицательным примером, да? Знаете, на майках американских пишут «Я не совсем бесполезен, я могу служить дурным примером». Он может служить дурным примером.

Это очень плохо придумано и написано. Всегда почему-то ксенофобия с бездарностью соседствует. Очень активизировались сразу все силы, которые пытаются защищать свободу. Но здесь есть очень хороший контраргумент, который озвучил недавно мой приятель Дмитрий Ольшанский. Если эти люди так одобрительно относятся ко многим идеологическим установкам сталинизма, в частности, к кампании по борьбе с космополитами, которая якобы защитила национальное самосознание русского народа, почему же они так ратуют за свободу слова в своем персональном случае? Давайте, господа, если вам нравятся сталинские методы, не обижайтесь и на то, что они применяются к вам.

Хотя, на самом деле то, что предлагает Сванидзе, это никакой не запрет. При Сталине бы авторам такого учебника просто бы очень быстро указали их место. Здесь речь идет об очень простом – лишить этот учебник двух строчек, грифа, что это рекомендовано в качестве учебного пособия. И гуляйте с миром, просто не считайтесь учебником.

Вот Шевчук решил по крайней мере разузнать, какая там байда, и спросил открыто при премьере, почему нельзя ходить туда. Замер зал. Премьер поправил галстук. У него задергалась щека. Он при этом так перепугался, что забыл про имя Шевчука. Все вокруг лишились аппетита. Спрашивает Юра: «Что за жесть, почему нельзя туда пойти-то?» Тот в ответ: «Простите, кто вы есть?»

...Что же там за ужас аморальный, что за апокалипсис финальный, если лидер наш национальный, нации отборный матерьял, при упоминанье Триумфальной самообладанье потерял?

Кинематографический стиль позднего Михалкова — предельно адекватное эстетическое выражение эпохи Путина, когда полемика тоже бессмысленна.

...У Михалкова концепция настолько отсутствует, что за нее в итоге выдается следующая гедонистическая мораль: пусть каждый зритель, посмотрев фильм, живо ощутит, как ничтожны все его проблемы, какое счастье просто спать в чистой постели, дышать, купить мороженое etc. "Но чтоб до истин этих доискаться, не надо в преисподнюю спускаться", а тем более тратить $42 млн.

Совершенная внутренняя пустота закономерно оборачивается отсутствием стержня: в "Предстоянии" несколько распадающихся, механически связанных новелл, лучшие из которых выполнены на уровне хорошего советского военного кино.